Видимо это воины других Темных принцев. У Аша есть несколько братьев, я слышала о них, а одного видела лично. Того самого, который нагло вошел в наш шатери столь же бесцеремонно меня рассматривал.

Проследила взглядом за самим Ашем, а он спешился и ловко взбежал по каменной лестнице вверх, распахнув широкие железные двери, скрылся за ними. Я спешилась, не зная куда идти. Коня тут же увели, а я куталась в покрытый толстым слоем пыли плащ, рядом со мной переминалась с ноги на ногу Мелисса. Мы лихорадочно оглядывались по сторонам, пока к нам вдруг не подошел мужчина с обнажённым мощным торсом, лысой головой. Он походил на надсмотрщика и в руках сжимал длинную плеть.

— Рабынь в левое крыло, — зычно крикнул он и окинул нас цепким взглядом, словно оценивая, что мы из себя представляем. К нам тут же подскочили двое мужчин и начали пинками толкать в противоположную сторону от лестницы по которой поднялся Аш. Я беспомощно осмотрелась по сторонам, в этот момент меня сапогом пнули в спину, и я чуть не упала.

— Иди. Чего рот раззявила. Не пялится. У вас здесь свое место, специально для таких тварей, нечего под ногами у господ путаться, глаза всем мозолить. Пошла!

Я вцепилась в руку Мелиссы, пока нас гнали вперед за решетчатое ограждение к баракам. Стражи щелкали плетьми и несколько раз кнуты обожгли наши ноги. Я видела еще нескольких женщин, которых подгоняли таким же образом и не могла понять почему после такого отношения к наложницам во дворце Аша здесь с нами обходятся, как с животными. Аш не мог не знать об этом и оставил меня одну. Внутри неприятно заныло и первые коготки страха сжали сердце.

— Давай, пошла, шлюха. Нечего оглядываться. Насмотришься еще, когда завтра будешь развлекать господ после турнира.

Нас втолкнули в помещения похожие на хлев и заперли снаружи. Я смотрелась и увидела еще десяток женщин, которые жались к стенам. Их одежда отличалась от моей или одежды той же Мелиссы. Просто плащи и наши, и других женщин были покрыты толстым слоем пыли. Но если под ним, моя одежда была из тонкой шерсти с серебристыми нитями, так же, как и сапоги с дорогими пряжками, то их вещи ободранные, залатанные и скорее походили на тряпки рабынь, чем наложниц. Мы с Мелиссой переглянулись и сели в углу на солому. Ветер забивался в щели на стенах и песок на полу и соломинки."

"Все молчали и мне казалось, что женщины смертельно напуганы, я чувствовала их страх кожей, постепенно он передавался и мне. Чем дольше я находилась в этом хлеву, тем страшнее мне становилось, особенно когда издалека доносился звук горна, музыки, хохот. Там снаружи явно шло приготовление к турниру.

— Готовятся к мясорубке, — тихо прошептала женщина слева от меня, и я повернулась к ней.