Затем, в течение двух месяцев он посещал лабораторию пять раз, находясь в подвале не более двадцати минут. А за полторы недели до смерти он приходил ежедневно и проводил там более часа. Похоже, что именно в это время и возникли побочные эффекты от внедрения имплантов. И состояние его здоровья начало резко ухудшаться.

Последний раз он спустился в подвал за восемьдесят восемь часов до того, как туда ворвался Джаред.

— Выходит, примерное время смерти Саймон определил верно, — сказала я, бегло сверившись с записями судмедэксперта.

«Отсутствуют следы мышечного окоченения[6]…», «…предположительно от момента смерти прошло более трёх суток…»

Это полностью подтверждало теорию, что мистер Озерри направился в клуб сразу после ссоры с племянником.

— Покажи мне всех, кто заходил в лабораторию за восемьдесят восемь часов до полицейского налёта.

Час, два, десять, двадцать… Паук стремительно отматывал часы, а я всё больше терялась в своих догадках.

Как вышло, что Лерика и Лекса не искал никто кроме племянника Озерри и лоусонской полиции?! Почему никто не спустился в подвал?

— Стой! — вскликнула я, как только в лаборатории, наконец, возникла мелкая капля.

Какие люди… а, вернее, крысы!

За пятнадцать минут до того, как в подвал ворвался Джаред, туда проник Валентин Таранта. Тот самый артефактор-механик, который, по сути, и показал полиции дорогу до лаборатории.

— Куда Валентин Таранта направился дальше, — спросила я, уже зная, что сейчас крыс должен слинять через тайный ход.

Паук принялся перематывать часы.

— Стоп! — воскликнула я, от удивления едва не уронив блокнот с записями.

Паучок поднял голову вверх и возмущённо пошевелил антенками. Соврать Хранитель не смог, даже если бы захотел, а если учитывать его искреннее желание отомстить прошлым хозяевам, ему это было и ни к чему.

— Прости, давай продолжим.

Варди перемотал дальше и точка, обозначающая крыса, стремительно рванула в коридор.

— Покажи, кто ещё был в коридоре.

«Мисс Сольда», её «охранник» Томас Ридхэлл, «светотехник» и остальные офицеры, изображавшие в день налёта помощников Летиции.

— Вот это да…

Выходит, крыс безжалостно врал на допросе. Но почему он даже не попытался скрыться через запасной ход? Зачем сидел в лаборатории и, по сути, целенаправленно сдался в руки полиции?

Схема клуба мигнула и Варди жалобно поскрёб лапками по полу.

— Всё, всё, заканчиваю, — сказала я, откладывая блокнот, — только покажи мне, кто пользовался потайным ходом.

Паук не шелохнулся. Значит, ход не отслеживался. Проклятье! Ладно, попытка номер два.