Не зная, кого именно нужно отвлечь, Луиза и наши агенты начинают коршунами кружить вокруг счастливой дамочки и ошалевшего шпиона.

— Отойдите от меня! — рычит брюнет, когда один из фотографов пытается снять его для газеты. — Не смейте меня снимать!

— Мистер не хочет быть знаменитым? — удивляется Луиза. — Или просто набивает себе цену? Ладно, уговорили! Как я могу отказать такому мужчине? Вы будете на первой полосе!

Чувствую на себе взгляд Амира и осторожно поворачиваю голову в его сторону. Совсем чуть-чуть. Слишком незаметное движение для спорящего с Луизой шпиона, но этого достаточно, чтобы подать отцу сигнал.

«Вижу. Иду за тобой».

— Нет! — снова рычит шпион, пытаясь вырваться и кольца репортёров.

— Как это нет, когда — да! — уверенно восклицает сестра Саймона. — Вы рождены, чтобы быть знаменитым! Если бы вы жили во времена Эвона Вандиги или Карима иур Саванги они бы сражались за право писать ваш портрет!

— Я не понимаю, о чём вы! — наблюдатель мечется раненым зверем, но немного успокаивается, замечая, что Амир по-прежнему стоит в одиночестве около бюста Вандиги.

— Вы не знаете Вандигу и Саванги? — с ужасом восклицает любвеобильная шатенка, и я понимаю, что враг попал.

На пару минут его займут репортёры и незнакомка, а мне этого времени хватит, чтобы переговорить с Амиром.

Джаред и Луиза теснят шпиона ближе к окну, а я быстрым шагом направляюсь в противоположную сторону от Амира, делая вид, что хочу взять интервью у посетителей, бродящих в другом зале.

Но зайдя за поворот, я резко сворачиваю направо и бегу к вожделенному постаменту. Мы часто приходили сюда, когда я была ребёнком и прекрасно знала этот музей. Отец не зря снова выбрал Вандигу. Его бюст — единственный экспонат, расположенный на пересечении двух выставочных залов.

И сейчас это наш единственный шанс поговорить…

Едва успеваю затормозить, по инерции проезжая ещё немного по скользкому полу, и уже медленно подхожу ближе, стараясь рассчитать расстояние так, чтобы меня заметил Амир, но при этом я осталась вне поля зрения шпиона.

— Бросай всё и уезжай. Я сам справлюсь.

— Нет.

— Эсти, — слышу, как Амир тяжело вздыхает, но, к сожалению, не могу подойти ближе, чтобы снова увидеть его.

Достаточно того, что сейчас рядом нет других посетителей. Все столпились вокруг Джареда, в надежде, что тоже смогут сняться для репортажа.

— Ты не справишься один, это безумие.

— Всё происходящее сейчас — безумие, — тихо рычит Амир, — вы даже не представляете, во что ввязываетесь.

— Так расскажи нам! Помоги!

— Я не хочу снова потерять тебя, — в его голосе сквозит такая боль, что я едва сдерживаю слёзы, понимая, как сильно страдала семья, думая, что меня больше нет в живых, — и я должен спасти Лючию.

— Мы поможем! Только подскажи, где искать.