Золотые молнии продолжали расходиться от меня в разные стороны.

На миг сарнит замер, как и его другой (пока еще живой) Слуга. Оказавшись перед Андориным, я прямой ногой ударил ему в живот.

Сволочь! Успел защититься. Но хвала моей ауре, сделал это с опозданием. Рахны он сконцентрировал не особо много, и его рукам сейчас должно быть особенно больно.

– Ты пожалеешь, что осмелился показаться мне на глаза, тварь! – процедил я, не сдерживая эмоций. Я чувствовал, как моя воля будто бы распирает тело, вырываясь из него бесконечными золотыми молниями. Я не сдерживал ауру. Тысячелетняя ненависть к сарнитскому племени, впитанная с молоком матери, давала мне силу.

Как и «Кольцо концентрации» на моем среднем пальце. Мгновение, и мое тело покрыл полный стихийный доспех. Облачившись в золотые молнии с головы до ног, я стал мощным источником света на полянке, не хуже прожектора.

– Т-т-ты… – пятясь, пролепетал заплетающимся языком сарнит. – Не может быть… не просто александриец?! Ты… Аскольд?!!

– Для тебя, мразь, его высочество наследный принц Аскольд Александрийский!"

"Разговор с противником во время битвы – прекрасная возможность сконцентрировать энергию. Почувствовав, что жива и альтера распирают меня, я ринулся вперед. Золотая перчатка из молний развеялась и обнажила мой кулак, в котором собралась вся доступная мне альтера. Я был готов размазать в лепешку потерявшегося противника.

Но водяной хлыст спутал мои планы.

Проклятый сарнит, как и можно было ожидать, в человеческом теле тоже способен управлять живой. Он успел подтянуть к себе хлыстом своего Слугу, остолбеневшего от моей ауры.

Мой кулак прошиб насквозь его грудь, и мужчина выплюнул кровь на жухлую осеннюю траву.

– Господин… – ошарашенно пробормотал Слуга и обмяк.

Секунду спустя все его тело стало ссыхаться прямо на глазах. Это сарнит, стоявший за спиной убитого, вытягивал из его тела остатки жизни.

Я увидел две полупрозрачные темно-зеленые изогнутые лапки, вцепившиеся в плечи несчастного мужчины. Ну как лапки… так эти конечности называют у богомолов, у сарнитов же это самые настоящие двухметровые лапищи-клешни.

– Аргх… – закряхтел я, чувствуя, как мою руку, все еще находящуюся в теле увядающего на глазах Слуги, начала разъедать рахна.

Сжав зубы, я подался вперед и наконец-таки дотянулся до одежды сарнита. Схватив его за куртку, резко довернул корпус и бросил на землю.

Форкхово дерьмо! Как же больно!

Оу… своего убитого Слугу этот мерзавец уже успел полностью поглотить – на траву рухнул лишь сарнит да одежда рассыпавшегося в пыль человека.

Не теряя времени даром, я с размаху упал на противника, выставив локоть вперед.

Сволочь, успел уйти в сторону.