Я прав?

– Да, – с готовностью согласилась Габи. – Англиканская церковь, по-моему… как раз то, что нужно.

Если, конечно, Луиза не католичка. Но Габриель из осторожности решила не озвучивать это возражение. Ее соотечественница и сама могла о себе позаботиться.

– Он прибудет сегодня чуть позже. Я взял на себя смелость добыть специальное разрешение.

Последнюю реплику англичанина Габриель совсем не поняла, но что-то она все-таки уловила.

– Так скоро? – спросила девушка, чтобы хоть что-то сказать.

– Чем скорее, тем лучше. Как я уже говорил, обстоятельства так сложились, что нам необходимо немедленно обвенчаться.

Кэм несколько минут внимательно изучал Габи. Очень ласково он спросил:

– Габриель, разве тебе не хочется узнать, что это за обстоятельства?

– Нет, – ответила девушка. – Это… это не имеет значения.

Она уверяла себя, что совсем не разочарована. Англичанин может жениться на Луизе или Бетси, или на ком угодно, если ему так вздумается. Ей абсолютно все равно. Но Габриель поняла, что не сможет промолчать, если герцог начнет превозносить непревзойденные добродетели своей избранницы. Девушке не хотелось слышать о том, что красота Луизы Пельтье ослепительна, умение вести светскую беседу совершенно, а воспитание безукоризненно.

Габриель сама не понимала, почему ей на глаза наворачиваются горькие слезы.

– Мне… мне надеть что-нибудь другое по этому случаю?

Англичанин странно посмотрел на нее, покачал головой и прижал руку к виску.

– Как же ты непредсказуема! – воскликнул он. – Нет. Тебе не нужно переодеваться. То, что на тебе сейчас, прекрасно подойдет.

Габриель почувствовала огромное облегчение из-за того, что ей удалось так легко отделаться.

Она готова была по всей строгости отвечать за ту свободу, которой пользовалась в доме англичанина в его отсутствие.

Однако во время долгого ужина Габриель поняла, что Лэнсингу и Луизе повезло меньше, чем ей. Убийственные взгляды и краткие односложные ответы были сегодня в порядке вещей. Габриель посчитала, что благоразумнее будет вести себя как можно лучше, и из ее рук даже ложка не выскользнула.

Когда наступило время церемонии, Бетси пришла за Габриель. Девушка остановилась на пороге часовни. Ее взгляд тут же устремился на привлекательную фигуру герцога.

Кэм и Лэнсинг стояли у алтаря к ней спиной. Напротив них был священник в черном одеянии. Невесты не было.

– Где Луиза? – спросила Габриель у Бетси, отшатнувшись по какой-то непонятной причине.

– Уехала, – услышала Габи, но решила, что она, должно быть, ослышалась.

Бетси повела Габриель вперед, и девушка стала с интересом смотреть по сторонам. Габриель редко бывала внутри церкви. Во время революции священнослужителей преследовали, а церкви закрывались.