В коридорах и на кухне горели ночные светильники, отбрасывая косые полосы света на паркет пола. Тишина давила и душила. Алексей так и не вернулся, потому что из холла на второй этаж можно попасть только через гостиную, и я бы услышала. Вряд ли бы он тихонько крался на цыпочках, боясь разбудить меня.

Не хотелось бы беспокоить маму, но, наверное, придётся. Я в растерянности, не знаю, что делать. А вдруг драка плохо закончилась? Вдруг Алексей в больнице? Или…? Нет! Даже думать страшно. А возможно он просто где-то завис с какой-нибудь красоткой. Например, с той, что так млела в его руках вчера возле бара.

А я тут Виктору в трубку истерить начну. Глупо будет, да и Шевцов по голове за такое не погладит. Мне ещё, думаю, не избежать разговора за то, что произошло.

Горло пересохло, губы спеклись. Надо выпить воды.

Я выбралась из пледа, в который закуталась как в кокон, и побрела в кухню. Дом красивый, уютный, но находится в нём одной как-то было жутко.

Я припала прямо к крану. Не принцесса, обойдусь без стакана.

Вода была прохладная, она оживляла, наполняла свежестью, и мне стало лучше.

Сначала я узнала запах.

И тут прямо на столешнице возле мойки увидела скомканную ткань. Это была рубашка Лекса. Он дома. Или был.

Облегчение вздохом вырвалось из груди. Он, конечно, тот ещё засранец, подпортивший мне жизнь, но я рада, что с ним всё в порядке.

Но тут я замечаю на рубашке какие-то пятна. Судорожно схватив её, ударила ладонью по выключателю локального света. Пятна красные, уже немного потемневшие. Кровь! И много. Господи, а где же сам Шевцов? Вдруг, ему плохо, а я тут стою и пялюсь на его рубашку?

Я торопливо поднимаюсь на второй этаж, почти бегу к его комнате.

Грудь сдавливает от страха, он противно ворочается внутри, заставляя челюсти сжаться, а дыхание шумно вырываться наружу.

Дверь в комнату Шевцова приоткрыта. Совсем немного, но этого хватает, чтобы в коридор едва отсвечивала слабая полоса серебристого света. С бьющимся сердцем я открыла её шире и, словно вор, проскальзнула в комнату. Я была тут только однажды – в первый день. Хотела подружиться, но Лекс быстро и чётко указал мне на моё место.

Жалюзи были открыты, и комнату заливал лунный свет, проникая через высокое окно.

Луна сегодня была необычайно яркая.

Алексей лежал на кровати лицом вниз, свесив с кровати одну руку. Спина парня размеренно вздымалась. Шевцов спал. Он даже постель не расстелил, так и уснул поверх одеяла в одних джинсах."

"Всё. Он дома. Жив и здоров, вроде бы. Пьян, если судить по густому запаху алкоголя в комнате. Так чего я стояла и смотрела на полуголого сводного брата? На человека, превратившего мою жизнь в кошмар. Но я должна была убедиться, что он и правда в порядке, раз уж пришла, что не пострадал.