– Пойдём, Ледышка, маленьким девочкам пора домой в тёплую постельку. А мальчикам надо поболтать немного.

Он увёл меня за угол клуба, а я подчинилась, словно в ступоре, даже слова не сказала, пока мы не подходили к стоянке такси.

– Максим, я не могу уехать. Что я скажу родителям? Мне страшно за вас.

Развесила сопли как маленькая, и самой стыдно. А парень лишь ухмыльнулся, приобняв меня за плечи."

"– Можешь. И уедешь. Не волнуйся, родители особо не удивятся, что Лёха домой не торопится. А за нас не беспокойся, мы просто чуток поболтаем с Ермолаем. О том, о сём.

Макс натянул мне на голову капюшон и легонько щёлкнул по носу.

– Карим! – окликнул он таксиста.

– Привет, Макс, – к нам подошёл улыбчивый чернявый парнишка.

– Эту леди нужно отвезти домой к Лексу. И не лихач там по дороге.

– Понял.

Мне совершенно не понравился взгляд этого Карима, которым он окатил меня после того, как Ларинцев сказал отвезти меня в дом Шевцова. Мерзко стало как-то.

– И не пялься так, – Максим тоже заметил. – Пока тебе кое-кто зад на уши не натянул.

Лицо таксиста вытянулось, а в глазах отразилось понимание. Он сразу стал серьёзен, дурацкое выражение сошло с лица.

– Всё сделаю, Макс, мог бы и не уточнять.

– Давай, Ледышка, – ладонь Максима опустилась мне на плечо и легонько надавила, вынуждая сесть в машину. – Всё будет хорошо. А ты поторопись: сны о розовых пони сами себя не посмотрят.

Карим завёл мотор и тронулся с места, а я наблюдала, как Ларинцев, почти бегом, направился обратно. В груди колыхнулась тревога, и не отпускало ощущение, что это моя вина. Если бы послушалась, если бы не поехала. Хотя, думаю, повод бы они нашли, ведь видно же, что давно это между ними.

Да и для Шевцова я так себе повод.

Мы ещё до коттеджного посёлка не доехали, как я почувствовала вибрацию телефона.

«Дочь, как клуб? Мы с Виктором уехали к Николаю Борисовичу смотреть лошадей. Будем под утро. Обязательно сделаю фотки с этими красотулями!»

Я отправила маме в ответ пару весёлых смайлов и засунула телефон обратно в карман. Даже не знала, радоваться мне, что не придётся объясняться, почему я вернулась из клуба одна, или ужасаться того, что я останусь одна на ночь в этом огромном доме. И когда вернётся Шевцов?

Глава 19

Я проснулась как от толчка.

Терпеть не могу это жуткое ощущение, когда во сне будто падаешь с высоты лицом в землю. Сердце стучало, словно с цепи сорвалось, ладони вспотели. Электронные часы на огромном экране плазмы показывали 3:27.

Сейчас глубокая ночь. Когда я приехала, и речи не было идти спать в свою комнату. Внутри всё дрожало от напряжения и страха. Чтобы хоть как-то отвлечься, я включила какое-то глупое кино. Наверное, на телевизоре стоит таймер, иначе бы он не выключился, когда я задремала.