Попробовав подняться, поскользнулся, а прикованная рука не ограничивала движения. Потеряв ориентацию в пространстве и запаниковав окончательно, он случайно пару раз даже в стену врезался. Сжалившись над ним, Макс опустил шланг и разразился громким смехом. Женя дрожал всем телом, потому что мучитель выбрал не самую горячую воду, а ветерок, сквозивший в открытую дверь, добавлял прохлады. Смахнув капли с глаз, парень наконец сумел понять, где находится и кто над ним ржет как конь. В груди заклокотала ярость. С трудом приняв вертикальное положение на скользком кафельном полу, он истерично спросить:

– Какого хрена ты исполняешь?! Немедленно отпусти меня!

– О-о-о, проснулся, недомерок? – продолжая улыбаться во все зубы, спросил Макс. – Как тебе контрастный душ? Я тебе даже завтрак сварганил.

От абсурдности и неправдоподобности происходящего Женя даже не мог рассуждать здраво, не то что связно озвучить мысли. Похмелье сильно било в голову, от холода челюсть отбивала дробь. Он был в ужасе, если не сказать большего: как любимый крестный мог приковать его к лестнице и поливать водой?!

– Ты е*нулся?! – снова завопил Женя. – Отпусти меня, дебил!

– Ошибка, – скривился Макс. – Грубить мне не надо.

Поток воды снова окатил Женю с ног до головы. На этот раз он не забился в истерике, а просто попытался отвернуться и закрыться от мощной струи. Через пару минут Макс опустил шланг, позволив парню отдышаться и проморгаться.

– Ну что, протрезвел?

Парень смотрел на крестного во все глаза. Он выглядел так же, как и прежде: темные аккуратно уложенные волосы, в серых глазах спокойствие, на тонких губах добрая улыбка, хлопковая синяя футболка обтягивала спортивный торс, тренировочные штаны облегали бедра. Только прежний Макс никак не мог приковать своего крестника к лестнице.

– Да, – только и смог выдавить Женя.

– Значит, мы можем нормально поговорить, – удовлетворенно кивнул Макс. – Твои родители просили меня присмотреть за тобой и, по возможности, помочь с учебой. Но для начала мы будем учиться послушанию.

– Что?!

– Ты должен научиться беспрекословно мне подчиняться. Жить будем по графику: спать, кушать, заниматься. Начнешь вредничать, и писать заставлю по времени. За любое нарушение последует наказание. И первое правило: никакого мата. Ясно?

Женя стоял с открытым ртом и понимал только одно: мужчина поплыл мозгами. Понадобилось несколько долгих минут, чтобы из бесконечного потока брани, который генерировал его мозг, удалось выудить несколько литературных слов:

– Ты хочешь ввести правила?

– Да.

– И наказывать меня, если я их нарушу?

– Верно.

– И каким же будет наказание?

– В зависимости от ситуации. Если бы ты вчера послушался меня, то не оказался бы здесь.