Нежный овал лица, небольшой нос, красивые русые волосы и глаза — большие, цвета спелых оливок, они приковывали взор. И на детей было приятно смотреть — воспитанные, чистенькие и ухоженные. Они поблагодарили леди за книги, которые получили в дар и отдали их матери.

Ольга одобрительно кивнула:

— Буду вам признательна, если вы дадите мне адрес, по которому я смогу с вами связаться. Возможно, мне удастся помочь вам и вашим детям.

Пока Элизабет без лишних слов писала адрес, её благодетельница достала из ридикюля кошель. Получив заветный листок, протянула вдове пять фунтов:

— Пожалуйста, примите в качестве поддержки, — улыбнулась она. — Не обижайте меня отказом, — предупредила поднявшуюся женщину, оказавшуюся с ней одного роста, явно намерившуюся отказать.

Раздался звук станционного колокола, известивший о начале посадки на поезд. Пассажиры засуетились.

— Купите что-нибудь детям, — вложила Ольга монеты в ладонь Элизабет. — В вашем положении любое участие придаст вам сил.

Пожелав ей и детям доброго пути, оглянулась на подошедших родственников. Дядюшка поспешил к носильщику, а тётушка алчным взором смотрела, как Элизабет прячет в ридикюль монеты. Она собралась что-то сказать Ольге, но та развернулась и ушла к ожидающему её Мартину.

— Вижу, ты обзавелась новыми знакомыми, — улыбнулся он ей.

— Элизабет вдова и у неё трое детей, — вздохнула женщина. — Её дядя и его жена…

Пока они шли к нужному вагону, она пересказала графу подслушанный разговор.

— Хочется ей помочь, — завершила рассказ. — Пока не знаю как, но придумаю.

— Я в этом ничуть не сомневаюсь, душа моя, — сжал её ладонь Мартин.

* * *Из Бриксворта они возвращались последним поездом в прогретом вагоне первого класса. Ольга заново переживала вечер, когда в нелепом наряде, с мелочью в кармане и со спеленатым фолиантом ехала в Лондон в ледяном купе. Ехала в неизвестность.

Остановила взор на деревянном коробе, в котором лежал аллигат «№ 10» пфальцграфини Вэлэри фон Бригахбург.

Снова разволновалась.

Заметив её беспокойство, Мартин положил ладонь на короб, будто запечатывая его крышку:

— Мы прочитаем рукопись после реставрации.

Ольга согласилась. Перечить не имело смысла. Если лорд Малгри сказал «после реставрации», пусть так и будет. Пережитые события наложили отпечаток на её отношение к себе. Не хотелось никуда спешить, волноваться, ни о чём думать. Аллигат здесь, уже не потеряется и не покинет свой род. Она терпеливо подождёт год, необходимый для его восстановления."

"Гадала, о чём в нём прочитает. Если это будет история о путешествии её матери в 1986 год — она постарается понять пфальцграфиню, оказавшуюся перед сложным выбором. Ольга не одна, у неё есть мужчина, в поддержке и любви которого она уверена.

Вновь вспомнился Уайт.