Они медленно ехали по тихой улице, как вдруг из-за поворота показался гаишник на мотоцикле. Он затормозил на пути «ягуара» и замахал жезлом, делая знак остановиться.

— Ну и что теперь? — раздраженно проскрипел Иван, скосив глаза в зеркало. — Я делал, как ты велел…"

"— Теперь не дури! — резко отозвался Кондратий. — Остановись, заплати сколько нужно и расстанься с этим козлом по-мирному! Понятно, что он увидел дорогую машину и хочет легких бабок срубить! И смотри у меня — чтобы без фокусов! Ты у меня на мушке, не забывай об этом ни на минуту!

Иван затормозил и выглянул в окно.

— Лейтенант Иванов! — проговорил гаишник, приложив руку к шлему. — Ваши документы!

— В чем дело, командир? Вроде я все правильно делал, — покладистым тоном проговорил Иван, протягивая ему стопку документов вместе с аккуратно сложенной крупной купюрой.

— Это что такое? — Лейтенант брезгливо, двумя пальцами взял деньги и потряс ими перед носом Ивана.

— Это… вот, извините, я ошибся… — И Иван протянул гаишнику еще одну бумажку.

Лейтенант не взял деньги, вместо этого взглянул на права и проговорил:

— Нехорошо, Иван Терентьевич, нехорошо! Попытка подкупа должностного лица…

— Какого подкупа? — Иван начал накаляться. — Тебе, лейтенант, чего надо? Неприятностей?

— Иван Терентьевич! — предостерегающим тоном проговорил с заднего сиденья Кондратий.

В эту же секунду из-за угла с ревом выехал еще один мотоцикл. На нем сидели двое милиционеров — в касках и бронежилетах, с автоматами на груди.

— В чем дело? — спросил один из них, обращаясь к лейтенанту Иванову. — Проблемы?

— Попытка подкупа, — с кривой усмешкой отозвался тот.

— Придется выйти из машины! — рявкнул автоматчик, подходя к «ягуару».

— Зачем? В чем дело, ребята? — неуверенно проговорил Иван. — Никаких проблем…

— Операция «Перехват»! Выйти из машины! — И милиционер положил руку на автомат. Второй автоматчик встал чуть в стороне, приготовив оружие для стрельбы.

— Да сейчас выйдем! — проскрипел Иван, отстегивая ремень. — Мы разве возражаем?

— Еще бы вы возражали, — процедил автоматчик, отступив на шаг и сняв оружие с предохранителя.

Иван медленно отстегнул ремень, скосил глаза на Окуня, грозно нахмурил брови, взглядом предупреждая того, чтобы не вздумал шутить, и неторопливо, не делая резких движений, выбрался из машины.

— Все выходим! — скомандовал милиционер.

Кондратий также медленно, неторопливо выбрался на тротуар. Перед этим он неуловимым движением засунул свой пистолет под заднее сиденье «ягуара».