Там опять перешёл в христианство и даже женился на грузинской княжне. Вот они и спорили Вадик то, была такая императрица или нет. Был ли казнён её младший сын или нет."

"— Очень интересно. Что это нам даёт? Надо точно знать какой сейчас год. Константинополь пал в 1453 году. Трапезунд чуть позже. Я по школьному курсу истории помню, там разница несколько лет, но не позже 1460 года. Два года они прожили на пенсии, потом им секир-башка. То есть 1461–1462. Значит так, версия следующая, мы внучки Василия, старшего сына Давида Комнина и Елены Кантакузиной. Василий тайно женился от османов за год до гибели. Его жена была знатной боярышней из Руси. Предки которой бежали в Византию из Владимира Великого во время нашествия хана Бату. Понятно? Она родила нашего папу после гибели дедушки. Бабушка воспитала сначала отца, а потом и нас. Мы с тобой являемся последними наследниками Трапезундской империи.

— Ничего себе, Саша! Вот у тебя фантазия! А если вскроется?

— А как вскроется?

— А если жив этот как его, Георгий? Который сначала мусульманин, потом опять христианин. Скажет, что его брат не женился.

— А мы его объявим лжецом. Скажем, что он ренегат, то есть предатель веры и хочет избавится от нас, как своих конкуренток. Ему никто не поверит. Главное, узнать какой сейчас год. Пошли к костру. Да, папу звали Вячеслав, бабушку Екатериной!

— Понятно. Мою маму Екатериной зовут. — Усмехнулась Елена.

— Вот и хорошо. Кстати, тебя назвали в честь прабабушки. Тоже Еленой. Гордись, сестричка!

Мы вернулись к костру. В этот момент Иван задал Яну вопрос:

— Скажи, боярин, а сколько Сигизмунд Старый за меня обещал заплатить?

— Тысячу флоринов, серебром.

— Что так мало?

— Сколько есть, столько есть. Поэтому я и хотел захватить тебя или твоего брата. Ваш отец больше бы заплатил.

Я навострила ушки, но мужчины перестали между собой разговаривать и посмотрели на нас. Понятно, ждут, что мы им расскажем. И что делать? И тут Елена спросила Яна.

— А почему этого Сигизмунда зовут Старым?

— Он занял польский престол и престол Великого князя Литвы в преклонном возрасте, когда ему было уже 40 лет. В 1506 году от Рождества Христова. Сейчас ему 44. Поэтому его и зовут Старым.

— Понятно. Спасибо, Ян. — Он кивнул. Так, что у нас получается? Получается, что сейчас 1510 год. Нормально. В самый цвет с этой Еленой Кантакузиной. Мы и по возрасту ей в правнучки годимся. Ну что же, разыграем партию трапезундских принцесс. Очень круто, круче не куда. Ох, Сашка, смотри как бы голову не потерять с такими играми.

— Иван, ты хотел знать кто мы?

— Да, княгиня. Если это не затронет вашей с сестрой чести.

— Чести не затронет. Мы гордимся своими предками. Здесь вопрос в другом. Скажи, а вот этот Ян, вы его отпустите?

— Посмотрим. Даст за себя выкуп отпустим.

— Тогда мы помолчим.