Быстро же люди забыли своих защитников… Но ничего, мы им напомним еще о себе! – говорящий в камуфляже военного образца расцветки «цифра» отвернулся от собеседника и нагнулся к связанному седовласому горбатому мужичку, сжавшемуся в комок возле колеса разбитой телеги. Сдавил двумя пальцами его подбородок с косматой бородой и зло процедил прямо в испуганные глаза: – Ну что, забыл, юродивый, как защитники выглядят? Вот они мы – посмотри! Я ж предупреждал тебя, что мы охрану твоего поселения организуем. Крыша мы, понял?!

Мужичок часто заморгал и зашмыгал носом.

– Булыга…

– Слышь, ты, недоносок?! Для тебя не Булыга, а господин Булыга! И не заставляй меня больше повторяться! Мы – крыша, понял?!

– Д-да-а…"

"– Что да?! Что ты с одного раза ни хрена не понял, да?! От тебя требовалось только одно: снабжать нас хавчиком. И все! Но ты решил пойти сложным путем… Правду искать, да? И чего, нашел ты эту свою правду, Пышма? Нашел, спрашиваю?!

– Н-не-ет… – оставалось проблеять тому в ответ.

– Что нет?! Правды вообще или за нами ее нет, а?! А где она сейчас осталась, юродивый? В каком уголке Пади?! Она за тем, кто сильнее! Хм… Как, впрочем, было и во все времена. Забыл уже поговорку народную? «Тот народ, который не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую»!

– Н-не з-забыл…

– Забыл… Забыл ты ее! Потому что те продукты, которые должен был нам доставить, куда дел? На Блошинку свез, да?! На оружие променял? Это чтобы от нас отбиваться, как от паразитов, так?! – Булыга отпустил подбородок мужичка и вновь обратился к стоящему рядом: – Короче, Запал, этого со всеми выжившими в хвост обоза. Я ему напомню, как нужно молча ударно работать на благо общества. Я его, суку, самого потом свезу на Блошинку! Чтобы остаток никчемной жизни в кандалах у «Заречных» пахал. Но перед этим с наслаждением вырву с корнем его поганый язык! И чтобы прямо с мозгами. Понял?

– Понял, командир! – Запал резким рывком поставил Пышму на ноги и толкнул в горбатую спину. – Пшел, мразь кандальная! Шевели поршнями и булками! Куда?! Связку эту тюков с собой забери! Не хрен порожняком гонять…

– Так я ж связан… – пытался показать мужичок стянутые веревкой руки за спиной.

– Ни хрена с тобой не случится! В обход нас проехать смог, значит, и так тюки сможешь нести!

В задымленных зарослях неожиданно поднялся гомон воронья. Крупные смоляные птицы огромной стаей закружили над разбитым обозом.

– Чо за… – Булыга, жмурясь, несколько раз пригнул голову, уклоняясь от падающего сверху птичьего помета. – Не рано ли они падаль почуяли?

Справа затрещали кусты, раздались крики, а вслед за ними беспорядочная стрельба, и на просеку вырвалось чудовищное порождение Чащобы – огарк, внешне напоминающий сухое обгоревшее дерево.