Я вам очень благодарен, вы раскрыли мне глаза на мир, о существовании которого я и не подозревал до встречи с вами.

АВТОР. ...

ЦЕНЗОР. Я всю эту неделю смеялся так, как не смеялся никогда в своей жизни.

АВТОР. ...

ЦЕНЗОР. Я приносил вашу пьесу к себе домой. И каждый раз, читая её, я смеялся над репликами, представлял, как её будут разыгрывать актёры и восхищался талантом и мудростью человека, который написал её.

АВТОР. ...

ЦЕНЗОР. Я хочу прочесть вашу следующую рукопись. Я хочу посмотреть спектакль, который вы поставите. Я хочу, чтобы вы не давали мне скучать!

АВТОР. Но...даже если я и вернусь, не уверен, что к тому времени будет существовать наша труппа.

ЦЕНЗОР. Значит создадим другую.

АВТОР. ... это не так просто.

ЦЕНЗОР. Хорошо. Если вы никого не найдёте, я сам буду её играть.

АВТОР. Господин цензор, одного вас мне будет мало.

ЦЕНЗОР. Я сам сыграю и Гамлета и Джульетту, и стражника, и всех, кто там у нас ещё есть.

АВТОР. Это невозможно.

ЦЕНЗОР. Я справлюсь. Не думайте вы о будущем.

АВТОР. ...Спасибо вам.

ЦЕНЗОР. Главное... вернитесь живым.

АВТОР. Хорошо.

ЦЕНЗОР. Думать даже не смейте, “погибать за нашу великую Родину”!

АВТОР. ...

ЦЕНЗОР. Вы поняли, что я вам сказал?

АВТОР. Так точно.

Автор кивает по военному. Цензор занимает своё место за столом.

АВТОР. ...

ЦЕНЗОР. Теперь, что касается последней редакции вашей пьесы.

АВТОР. Да.

ЦЕНЗОР. В целом она превосходна, но если быть до конца откровенным, меня беспокоит там одно место.

АВТОР. ...

ЦЕНЗОР. Самый финал. Присядьте.

Автор садится на стул.

В сцене, где Джульетта принимает яд и умирает. Ведь если вы приняли яд, то уже не сможете после этого так долго разговаривать. Это неправдоподобно.

АВТОР. Какой же вы всё-таки упёртый.

ЦЕНЗОР. А что если она, скажем, принимает яд не оральным способом, а с другой стороны?

АВТОР. С другой стороны?"

"ЦЕНЗОР. Да. В этом случае действие яда замедляется, и будет вполне оправданно, что она так долго разговаривает. Я просто знаю случай из жизни, когда одна женщина покончила с собой таким способом.

АВТОР. Вообще звучит забавно, принять яд с помощью клизмы.

ЦЕНЗОР. Вам нравится? Я подумал, это ведь комедия. Мало того, Гамлет и Джульетта могут ведь поставить эти ядовитые клизмы друг другу?

АВТОР. Непростительная вульгарность. Похоже, вам начинают нравиться низкопробные комедии.

ЦЕНЗОР. Чуть-чуть.

Продолжают увлечённо беседовать.

Конец.

=====================================================================

P.S. (не от переводчика)

В рецензиях пишут, что “пьеса о том, как в увлекательном психологическом поединке между талантливым комедийным автором и идеологизированным, лишенным чувства юмора цензором, побеждает искусство. И о том, как только в сопротивлении чему-то (власти, традиции, себе самому) совершенствуется художник”.