Извержения второго вулкана Морвин точно не переживет.

— Ледышка, не дрейфь! Все будет хорошо. Теперь куда?

— Вниз и прямо. После завтрака папа обычно читает в библиотеке, — обреченно ответила я.

Толстенный том переводов с эллерийского с грохотом захлопнулся, и папа медленно поднялся из кресла, опершись на край стола. Мама, которая сидела в соседнем кресле и читала моему младшему братишке книгу с большими картинками, с удивлением уставилась на нас.

— Доброе утро! — ослепительно улыбнулся Морвин, не отпуская моей руки. — Позвольте представиться, Морвин Эрвингейр. У вас замечательный дом.

Эмма мне все уши прожужжала, как здесь здорово. Теперь вижу. Простите, что не явился в гости раньше — был немного занят, мир спасал.

Мама прыснула со смеху, но сделала вид, что закашлялась, под суровым папиным взглядом. Даже маленький Ричард смотрел на пришельца исподлобья и угрожающе, что уж говорить о хозяине Замка ледяной розы.

— Что-то я не помню, чтобы тебя сюда приглашал, Морвин Эрвингейр. Или впускал.

Походкой ленивого хищника папа вышел из-за круглого стола, заваленного книгами и свитками, и медленно направился к нам.

Мама ободряюще мне подмигнула, пряча улыбку дрогнувшими губами, но мне было совершенно не до смеха.

Остановившись в двух шагах от нас, папа скрестил взгляды с Морвином. Мой муж смотрел как всегда открыто и самоуверенно, а вот то, что я увидела в папиных потемневших глазах, не сулило ничего хорошего.

— Это из-за тебя моя дочь неделю провалялась в еле живом состоянии? Ревела ночами в подушку, чтоб мы не видели, а потом слонялась по Замку привидением. Вся белая, как эти стены. Смотреть было больно.

Морвин стиснул мои пальцы и посмотрел на меня.

Я отвела взгляд. Да, мне было очень плохо, когда он ушел в свой мир, а я думала, что все это время он меня просто использовал, чтобы победить в Турнире семи замков и выиграть семечко.

Папа продолжил, тихим от едва сдерживаемого бешенства голосом:

— Я тебе говорил при первой же встрече, что увижу еще раз рядом с дочерью, ребра переломаю?

Морвин осторожно выпустил мою руку, поцеловал холодные кончики пальцев.

— Предлагаю для начала поговорить, а там как пойдет. Где разговаривать будем?

— В оружейном зале, — осклабился папа, кивая на выход из библиотеки.

Морвин коротко поклонился."

"Когда мы добрались до двери в оружейную, моя паника уже превратилась в смертельный ужас. В ушах шумело и колени подгибались. Меня спасало только целебное мамино прикосновение — она отдала Рика нашей кухарке, миссис Торнвуд, которая выбежала на шум в холл первого этажа, а сама крепко подхватила меня под локоть.

Тем временем оба моих самых любимых мужчины собирались оставить меня за дверью помирать от волнения. Входить строго-настрого запретили и мне, и маме.