Языки пламени повисли сосульками, но снова воспряли. А ледяной кинжал, пущенный к Морвину, просто пролетел сквозь вторую плеть, даже ее не повредив. И больше ни на что не остается сил. Мои глаза почти закрываются, так хочется спать. Ноги слабеют.

И тогда Лысый начал тихо говорить своим мерзким, сиплым, каркающим голосом. Осторожно подтаскивая Морвина к себе и одновременно пытаясь раздавить мою Сферу, как яичную скорлупу.

— Мне было видение. Когда мы отчаялись найти причину… когда не могли понять, что мы сделали плохого другому миру, что он насылает на нас такие бедствия… когда я ночь за ночью глушил горе в выпивке и выл на стены… не ты один потерял семью, щенок! Землетрясение под Эрмерестом унесло не меньше жизней… Когда я почти потерял надежду, священное Пламя в чаше Храма, наконец-то, смилостивилось.

Дало мне ключ к решению. Я спросил, что сделать, чтобы спасти наш умирающий мир. И пламя показало мне ее. Маленькую девочку из другого мира, которая весело бродила по зеленым садам… пока наш мир задыхался в агонии. И я понял, кого должен уничтожить, чтобы все стало как прежде.

Ох, нет… Как наяву снова слышу голос Морвина.

Минувшей ночью, когда мы лежали в обнимку и он рассказывал мне свою историю… совсем недавно, но словно тысячу лет назад.

«…Маги огня даже пытались гадать по Священному Пламени, чтобы понять, что происходит с миром и как его исцелить… ходят слухи, у одного из наших когда-то получилось, и Пламя что-то показало ему. Но он потерпел неудачу в попытках совершить невозможное и «починить механизм». Кары продолжились…»

Вот о ком были эти слухи. Вот что показало Пламя. И неудача, которую он потерпел… этой неудачей было неудавшееся убийство маленькой девочки в другом мире.

Но как же он смог попасть туда?..

Ти! Она рассказывала, что артефакт перехода получился не сразу. Что она его тестировала. И у нее были «помощники». Не «помощник». Это не была оговорка, как я подумала. Другой огненный маг задолго до Морвина уже тестировал камень. Но ей потом наврал, что тест прошел неудачно, раз она продолжила дорабатывать…

Неужели это действительно правда? Все из-за меня?! Опять из-за меня…

Перед моим лицом в ледяной скорлупе пошла большая ветвистая трещина.

Я как-то безучастно и почти отстраненно смотрела на нее.

Почему? Чем я могла так навредить этому чужому миру? Этим людям, которых даже не знала? И что — вулкан, и землетрясения, и остальное, это тоже я? И смерть родных Морвина…

Слез больше не было. Я просто не понимала, как быть дальше, что делать. Я должна… должна защитить людей, которых люблю. Но неужели я же для них — самая большая угроза?

Колени подогнулись, и я осела на землю.

— Придурок… — захрипел Морвин, цепляясь пальцами в удавку на шее.