Я открыла глаза и полежала немного, прислушиваясь к ощущениям.

Рассветное солнце бросало на стены сине-золотую сеть ярких бликов от витражного окна. Безмятежно пели птицы. Новый день только-только разгорался, и утренняя прохлада гладила щеки сквозняком.

Мне было до странности хорошо, будто приснился приятный сон. Что-то, что отдавалось во всем теле легкостью и светом, и отчего кровь по венам бежала быстрее — как весенние ручьи, наполняющие землю жизнью и заставляющие ее пробуждаться от зимних мороков.

Что же это такое выбило меня из колеи монотонных, похожих один на другой дней… каждую клеточку тела наполнило ощущением, какое бывает лишь в Новогоднее утро, когда ты бежишь под елку за подарками…

Я рывком села и обхватила колени руками. Ночная сорочка сползла с плеча.

Косой взгляд на пол подтвердил, что я вспомнила правильно, и мне ничего не прибредилось. Там по-прежнему были рассыпаны лепестки, теперь, правда, основательно увядшие.

Я вздохнула, призвала беспокойно скачущие мысли к порядку. Жалящим воспоминаниям приказала оставить меня в покое — у меня еще будет время перебирать их в ладони, как драгоценные бусы, когда я буду ночи напролет лежать без сна в своей одинокой комнате.

Откинула одеяло, осторожно запихала лепестки ногой под кровать и позвала:

— Эй, соня, вставай! У тебя сегодня большой день.

Джен потянулась, как сонная кошка. Она не любила ранние подъемы. Хотя кто их любит? Но если она хочет успеть добраться до столицы к моменту открытия Академии, некогда разлеживаться. И я рывком сдернула с нее одеяло, заставляя вставать.

Зевая на ходу и покачиваясь, Джен все-таки приняла вертикальное положение… ну почти.

Я как раз остановилась у распахнутой дверцы шкафа, размышляя, что надеть, как сзади раздался разочарованный возглас:

— Эм, ну ты представляешь — надпись пропала!

— Какая надпись? — машинально спросила я."

"— Как это какая? На зеркале. Неужели она мне приснилась…

Ох. Ну да. Я же оставила зеркало на столе.

— Кстати, сестренка, мы не обсудили. Как мы его делить будем?

Я чуть не подскочила.

— Кого — «его»?!

— Зеркало, разумеется, — ответила мне Джен таким тоном, будто я сморозила несусветную глупость.

— А, ну да, зеркало, конечно…

Я попыталась унять бешеное сердцебиение, в которое вдруг вздумало удариться мое непослушное сердце.

И правда — что же теперь делать с этой глупой безделушкой с ее дурацкими шутками?.. Я удивленно поняла, что мне ужасно не хочется с ней расставаться, и какая-то собственническая жилка внутри, что дремала все восемнадцать лет, проснулась неожиданно и теперь настойчиво требует оставить зеркало себе. Вот только за каким оно мне сдалось? Только будет травить душу.

— Забирай его. Зеркало, в смысле. И… попробуй еще погадать.