— Генрих? Джен, да он же на целый год нас младше!

— Зато на целую голову выше! И эта его обаятельная улыбка…

Я раздумываю пару мгновений, за которые сестра успевает расправиться с еще одним бутоном, а потом осторожно начинаю:

— Слушай… тебе не кажется, что ты несправедлива к Олаву? Ты же знаешь, он очень хороший. Может, все-таки дашь ему шанс?

Джен морщит свой хорошенький носик и нетерпеливо перебивает:

— Да знаю я, что он хороший! Но как бы это тебе объяснить… в этом и проблема! Он просто слишком… слишком…

— Слишком что?

— Слишком… обыкновенный. Ой!

Сестра вскидывает глаза в испуге, я оборачиваюсь и вижу, что у дверей бального зала стоит Олав с бокалом воды в руке. И смотрит на нас. И он все слышал.

С абсолютно ровным, просто каменным выражением лица он подходит к нам. Не глядя на мою сестру, ставит на стол перед ней воду, и в наступившей тишине стук бокала кажется мне оглушающе громким.

А потом разворачивается и молча уходит. Спускается по лестнице вниз, туда, где гулкий пустой холл и тяжелые двустворчатые двери в два человеческих роста ведут к выходу из Замка ледяной розы.

Я вздыхаю.

— Джен, прости, но я скажу. Сестра, ты непроходимая тупица!

Глава 4

Дженни бросила на меня сердитый покрасневший взгляд. Сестра всегда смотрела так, когда я принималась ее отчитывать за сломанные игрушки. Вот только мы уже не маленькие. И то, что она только что сломала — не игрушка. А сердце одного очень хорошего человека.

— И что я по-твоему должна делать? — вдруг взорвалась она. — Влюбиться в него только за то, что он любит меня?! А я не просила его в меня влюбляться! Я не хочу… так.

— А как ты хочешь, Дженни? — устало спросила я, потирая виски.

— Чтоб как у папы с мамой! До безумия! Чтобы искры из глаз и сердце пело от одного присутствия человека рядом!

— И ты думаешь, что у тебя от принца искры полетят? — съязвила я, не удержавшись.

Джен насупилась.

— Не знаю!! Но точно знаю, что мне только восемнадцать, и если не мечтать сейчас, то… когда еще мечтать? Мне хочется… сказки, понимаешь?

Ну вот что с ней будешь делать? Тоже по-своему права.

— Пойдем уже в зал, пока нас не хватились… сказочница моя.

Я отвернулась и пошла по коридору, абсолютно точно убежденная, что Джен скоро догонит и пойдет в паре шагов за мной, как всегда. Но когда я бросила взгляд назад, увидела, что она застыла и растерянно смотрит на бокал с водой, одиноко стоящий на столе.

Танцы уже завершались, всех пригласили к столу на поздний ужин. Мое место как всегда в самом конце. От Дженни отделяет два стула. Напротив никого. Сестра притихла и задумчиво ковыряется в своей тарелке.

Неспешные разговоры то затихают, то вновь принимаются журчать громче, сливаются как ручейки в одну общую реку и снова распадаются на несколько обособленных потоков.