Прием шел как по нотам: напитки лились рекой, в саду играла музыка, изысканные угощения радовали и вкус, и глаз, и все гости казались довольными. Так и не скажешь, что этой помолвкой он плюнул в лица всему совету великих домов.

— Потому что она безродная тень, бесприданница, — не унималась Лорейн. — Было бы странно, если бы я обрадовалась такой невесте!

— Ты ошибаешься, — возразил Артирес. — Мэди из седьмого дома, кровь, что течет в ее венах, самая что ни на есть древняя, а ее приданое — это возможности и перспективы, которые еще только предстоит оценить. Если хочешь знать, я считаю ее весьма выгодной партией.

Денег у нас и так завались, а вместо союза домов мы могли бы заполучить шпиона под собственной крышей. Нет, Мэдерли Эванс — отличный вариант для Баса.

Лорейн упрямо мотнула головой, но после поправила выбившуюся прядь и лучисто улыбнулась проходящим мимо гостям.

— Может, тень его зачаровала? — предположила она. — Как вышло, что он выбрал эту серую мышь?

— Себастиана невозможно зачаровать, — терпеливо напомнил Артирес, перекатывая в ладони бокал с игристым вином. — Наш сын — высший чар, если ты вдруг забыла.

Его свет развеет колдовство. Что до внешности, Мэди очень хорошенькая. Не видишь, как Бас на нее смотрит?

Сын улыбнулся невесте, и она вся словно засветилась в ответ. Их любовь была видна невооруженным глазом: в их касаниях, взглядах, даже в том, как они стояли рядом, словно едва сдерживаясь, чтобы не кинуться в объятья друг другу.

— Это всего лишь страсть, — отмахнулась Лорейн. — Себастиан молод, и ничего странного, что он заинтересовался: захотелось экзотики, а она вроде черной вороны среди лебедей.

— Лорейн, прекрати, — потребовал Артирес Альваро, теряя терпение.

— Чего ты хочешь? Чтобы мы отменили прием? Выступили против собственного сына?

— Это все ты ему потакаешь, Арти, — брюзгливо заметила она. — Пошел на поводу у его капризов.

Он выдохнул и пожал руку очередному гостю.

— Честно говоря, я почти смирилась, — жалобно произнесла Лорейн, когда тот отошел. — Думала, ладно, пусть ни кола, ни двора, зато девочка будет тихой и послушной — лепи что хочешь. Так она смеет зубы показывать! Мы приняли ее в семью, вытащили из грязи, а в ответ — никакой благодарности! Она спорила со мной по поводу платья и кольца, представляешь? Хотя могла бы сообразить, что я в этом понимаю куда больше!

— Вот как? — ухмыльнулся Артирес.

— А тебя это, видимо, забавляет, — оскорбилась Лорейн. — Вот увидишь, от нее будут одни неприятности. Наш сын однажды уже чуть не погиб. Ох, я ведь так надеялась, что сердце Себастиана завоюет Найрин. Чудная девушка. Воспитание, родовитость, внешность…

— Это не она там идет? — уточнил Артирес, указав на дорожку из сада. — Немного странно — вырядиться в черный на помолвку.