— Кто это разгуливает по академии так поздно?!

Первой мыслью мелькнуло — Родерик. Хитрый некромант каким-то образом обманул Нюхачей и теперь пришел убить ее, или напасть, или сделать еще какую-то гадость. Он вполне мог снять печать — как и Виктор. Но потом Уна сообразила, что Родерик, так же как и Демьен, отказался от дара техномагии, а значит, печать снять не мог. Значит, и дар его все еще опечатан и некромаг все еще беспомощен…

— Кто там? — тихонько спросила Уна, и ей показалось, что в дверь ее поскреблись чьи-то острые когти.

— Мисс Вайтроуз, — раздался голос магистра Аргента, — это я. Кто еще смеет разгуливать так поздно? Отоприте.

Удивленная, Уна лишь коснулась дверей — и те сами открылись, словно она повернула ключ в замке.

«Вот как, — подумала она с неприязнью. — Магистру Аргенту мое разрешение войти совсем не нужно! Он при желании сам отопрет любые двери!»

Меж тем ректор неспешно вошел, оглядел девушку с головы до ног, и Уна стеснительно запахнулась в халатик — ее вид был совсем не рассчитан на прием гостей.

— Отличные новости, мисс, — произнес Аргент, смущенно отводя взгляд. Странно; Уна думала, что ректор совсем не умеет испытывать неловкость, ведь он все же пришел к ней так поздно, наверняка догадываясь, что она готовится ко сну! Отчего же теперь он вдруг пожалел о своем позднем визите? — В полночь Алый Король будет готов принять вас и подарить вам печать. Собирайтесь; наденьте ваше лучшее платье, вы все же званы ко двору.

— Что?! — ошарашенно произнесла Уна. — Но я не готова…

— Предлагаете Королю подождать момента, когда вы будете готовы? — насмешливо произнес Аргент, снова глянув в лицо девушки. — Некоторые ждут аудиенции месяцами, а вы удостоены ей буквально в первый же день запроса. Собирайтесь. И советую вам быть очень красивой и нарядной…

Уна побагровела до ушей, захлебнувшись от стыда. Намеки Аргента каждый раз были чересчур прямолинейными, и девушка с отчаянием подумала о том, что, возможно, через пару часов какой-то незнакомый мужчина — пусть даже и Алый Король! — бесцеремонно распустит ее корсаж и его руки скользнут по ее бедрам, крепко стиснут тонкую нежную кожу… Ведь не зря же он назначает аудиенцию на ночь? Да еще и велев одеться покрасивее…

— Что еще за сцены вы мне тут устраиваете? — заметив, что губы Уны дрожат, и девушка готова разрыдаться от страха и отвращения, воскликнул Аргент.