Айва уже подошла к алтарю, застыв рядом с женихом и не зная, что делать дальше. Это отец должен был вложить её руку в руку жениха, обвязать лентами. А он продолжал стоять у меня за спиной.

— Прошу, — простонала мачеха сзади. — Ты и так достаточно унизил нас…

— Не достаточно…

Не знаю, откуда взялись силы. Или может дело в даре, который вдруг вспыхнул, отозвался в каждой клеточке окаменевшего тела, слегка оттолкнул отца. Не больно, но от неожиданности он дёрнулся, ослабляя хватку. А мне и этого было достаточно, чтобы вырваться.

Два шага и вот я уже возле сестры.

Стремительно взяла её за влажную ладонь и подвела к застывшему Миру, лицо которого сейчас больше напоминало маску. Неподвижную, безэмоциональную.

Простит ли он невесте такое унижение?

На Айву сейчас тоже страшно смотреть. В потухших глазах не отражалось ничего. Ни ненависти, ни благодарности.

Прости его, Лаари, ибо не ведает, что творит.

— Я Айвири, — произнесла я немного дрожащим голосом, поворачиваясь к алтарю, — дочь дома Иллиума, вверяю судьбу своей сестры в руки Мира из дома Телайн. И благословляю союз от имени нашего дома.

Дрожащими пальцами, соединила их руки и быстро обвязала лентой, поднимая глаза вверх. Туда, где на небольшом постаменте стояло каменное изображение богини.

— Прошу защиты для молодой семьи. Храни их, великая Лаари, — закончила я и сглотнула, когда внезапно в зале пронёсся легкий ветерок.

Он потревожил вуаль, сорвал лепестки роз и они, кружась в причудливом танце, опустились на головы молодым, словно осыпая их.

Изумлённый вздох гостей и широкая улыбка жреца, который одобрительно взглянул на меня, застывшую между ошарашенными молодыми.

— Богиня благоволит вам, дети. Её одобрение сложно получить.

Лёгкий ветерок коснулся моих покрасневших щёк, обдавая ароматом дождя и роз, а в голове словно послышался насмешливый голос: ""Довольна?""

Отпустив их руки, я с поклоном отступила, сама до конца не веря в то, что всё происходит наяву, шепнув едва слышно:

— Спасибо…

И только после этого рискнула взглянуть на отца.

Я многое ожидала увидеть в его глазах. Злость, недовольство, презрение или может быть разочарование. Но чего я точно не ожидала, так это страха.

И пусть это чувство мелькнуло во взгляде всего на долю секунды, но оно было таким ярким, что я невольно замерла, вглядываясь и пытаясь понять, что стало причиной.

Почему страх? За кого?

За младшую дочь, которую он, несмотря на все мои страдания обрёк на унижение? Потому что его выходку Айве не простят и не забудут. Да, Лаари благословила молодых, но не отец. Его благословение сестра так и не получила. Конечно, еще не поздно и он может сделать это после церемонии. Но момент всё равно был упущен.