Но все равно я хочу жить! Ему не удастся со мной разделаться! — Глаза ее вновь запылали фанатичным блеском; я не могла понять, чего в выражении ее лица, в словах, в интонации было больше — страха или ненависти.

Я попыталась ее успокоить, предложила попить чаю, но она вдруг заторопилась, накинула на себя пальто и выскочила на балкон с громким криком:

— Витя! Витя! Поднимайся!

Но потом она сообразила, что охранник ее не слышит, и вызвала его по телефону. Вскоре раздался звонок в дверь, и Виолетта, посмотрев в глазок и убедившись, что это действительно Витя, открыла дверь и поспешила прочь.

Напоследок она мне сказала:

— Проверь за мной все запоры и будь осторожна. — И исчезла, оставив меня в смятении чувств.

ИГРЫ В МАФИЮ"

"Ночью около трех меня разбудил почти непрерывный зуммер. С трудом проснувшись, я наконец сообразила, что это межгород. Действительно, это оказалась мама — как всегда, она не смогла подсчитать, какой час сейчас в Москве, и радостным голосом поинтересовалась, утро у нас или вечер. Но когда я ей сообщила, что на московском меридиане сейчас ночь, она не расстроилась, а продолжала щебетать.

Оказывается, она нашла замечательный автомат, из которого смогла дозвониться до меня бесплатно. Мама была в прекрасном настроении — минут сорок рассказывала о своем житье-бытье; в данный момент она находилась не в Цинциннати, а на Великих озерах — поехала проветриться с «друзьями Ньютона», как она сказала. Она в подробностях принялась рассказывать мне, как чудесно там осенью, в каком прекрасном мотеле они остановились возле озера Эри, что завтра они снова отправятся в путь… Меня заинтересовало, кто же сопровождал ее в поездке, но она предпочла выражаться туманно, единственное, что я уловила, что спутников было трое: супружеская пара из университета и профессор по имени Годфри. Почему с ними не поехали родители Юрия, я так и не поняла, скорее всего поездка была затеяна ради мамы и этого самого Годфри. Милая мама, она не стареет — дай Бог ей счастья! И выглядит она сейчас ничуть не хуже меня… Во всяком случае, декольте у ее платьев не скромнее моих, и мужчины до сих пор не сводят с нее глаз — когда она этого хочет.

Я не стала посвящать маму в детали своей жизни и работы, просто порадовалась за нее. Так приятно было услышать ее голос и узнать, что у нее все хорошо! Нельзя сказать, чтобы мы с мамой сильно ссорились, когда жили вместе, но наши отношения существенно улучшились с того момента, как я уехала из родительского дома. А теперь, когда она на другом конце света, я, как ни странно, даже без нее скучаю.