Нет, она все время продолжала меня дергать и, невзирая на мое отчаянное сопротивление, таскала меня по разным доморощенным магам и гипнотизерам. Многие из них действительно занимались гипнозом, и по крайней мере один даже имел медицинское образование. У меня создалось впечатление, что она их просто коллекционировала — из спортивного интереса. Что ж, у людей бывает разное хобби: одни собирают марки, другие — банки из-под пива, а третьи — колдунов и ясновидящих.

Я как-то у нее спросила, где она достает координаты этих целителей. Неужели среди объявлений в «Московском комсомольце»? Виолетта отвечала уклончиво — некоторые, мол, адреса она действительно взяла из объявлений, но в основном действует по рекомендации своих приятельниц, таких же, как она, жен богатых бизнесменов; а к нескольким экстрасенсам ей посоветовали обратиться в офисе моего брата.

"

"Один из этих деятелей, очень невысокий, хотя и крепкий мужчина средних лет с черной, скорее всего крашеной бородой и густыми бровями над темными непроницаемыми глазами, которые, казалось, пронизывали тебя насквозь, явно работал под Свенгали[1].

Бархатный голос с густыми обертонами и бархатный же черный пиджак — имидж у него действительно был демонический, думаю, он немало этим занимался. Соответственно имиджу был у него и гонорар — он принимал только богатых пациентов. Он действительно был очень известен, о его школе гипноза напоминали рекламные объявления практически во всех московских газетах. Очень возможно, что многие пациенты по-настоящему впадали в гипноз от одного его вида и звука голоса, но Виолетта не относилась к разряду дурочек, готовых слушать любого мага и волшебника с открытым ртом. К несчастью для всех этих горе-специалистов, у нее были мозги, и если ей и можно было внушить что-то, то только тогда, когда она сама хотела в это поверить.

Гипнотизер принимал нас в одной из комнат своей квартиры, превращенной в кабинет; окна были занавешены плюшевыми темно-бардовыми тяжелыми шторами, мебель прикрыта покрывалами в тон, впрочем, потертыми. Григорий Николаевич — так звали этого доктора (я точно знаю, что у него было медицинское образование) — усадил Виолетту в кресло посреди комнаты, я же примостилась на стуле в дальнем углу.

Сначала врач попытался сослать меня, за неимением приемной, на кухню, но Виолетта наотрез отказалась оставаться с ним наедине.

Увы, как потом выяснилось, Виолетта не поддалась чарам магического голоса гипнотизера, а вслушивалась в слова. А Григорий Николаевич даже не стал расспрашивать пациентку, на что та жалуется, а перешел прямо к делу.