Лиляна открутила крышечку с антисептика и щедро окатила им рану, рыцарь чуть поморщился, но больше своих ощущений ничем не выдал. Затем девушка достала другую ампулу и обезболила рану, только после этого, ловко орудуя небольшим иглодержателем, принялась зашивать. Все это время она старалась не сильно заметно любоваться его идеальным торсом, он же внимательно наблюдал за ее действиями с легкой полуулыбкой.

— Вот и все, — затягивая последний узелок, сказала Ляна.

— Спасибо, — Ланселот извернулся и посмотрел на ровный аккуратный шов на своей руке. — Ты прирожденный хирург.

— Была у меня такая идея, — протянула Ляна, бросая инструменты в бокс для автоклавирования.

— Ты в курсе, что Шеф дал всем выходной до завтра?

— Да, Аня сказала, — девушка улыбнулась и бросила быстрый взгляд на рыцаря.

— Ланс, ты долго еще? — послышался недовольный голос Мирославы из коридора.

— Мне пора.

Ланселот улыбнулся, неожиданно схватил ее правую руку и быстро поцеловал холодные пальцы, после чего натянул свитер и вышел из лаборатории.

Болгария. 1606 г.

Спустя две недели чародейка сидела на берегу Черного моря и задумчиво попивала моравское вино. День уже подходил к концу, алое закатное солнце, в окружении пурпурных облаков, медленно опускалось в синие волны моря. Мира улыбнулась и легла на свой плащ, совсем рядом уютно потрескивал небольшой костерок и чавкал пожухлой травой конь.

— Не помешаю? — раздался где-то сбоку бархатистый чуть хриплый голос.

От неожиданности Мирослава разлила на себя вино, машинально перекатилась на боку, активировала Щит и вставала на одно колено.

— Лоэгайре? — удивленно воскликнула она, глядя на сидящего закинув нога за ногу на ближайшем камне, мага. — Какого дьявола?

— Прости, больше так не буду, — он хитро улыбнулся.

— Зачем наведался? — Мирослава уселась на свой плащ, скрестив ноги по-турецки.

— Хотел оставить один подарок, в честь нашей, так сказать, дружбы, — туманно ответил мужчина.

— Очень загадочно, — скривила губы чародейка.

Лоэгайре снова улыбнулся, подошел к ней, опустился на одно колено и жестом фокусника извлек из воздуха стальную спицу.

— В знак моей вечной благодарности и твоей правоты, — он протянул подарок девушке.

— По поводу? — внимательно осматривая спицу, рассеяно спросила чародейка."

"Спица была сделана из очень хорошей стали, длиной в полторы ладони и толщиной с мизинец волшебницы. Конец был заострен и явно заколдован, а вся поверхность украшена искусными гравировками. На одной стороне латинскими буквами было выведено имя «Loegayrae».

— Только маг может понять мага, а смертные могут только притвориться — вот по какому поводу, — торжественно ответил маг.

— Хорошо, что ты это понял, — поднимая на него глаза, твердо сказала Мирослава.