— Не хочешь сходить куда-нибудь пообедать? Я тут недалеко знаю одну классную кофейню, — мило улыбаясь, предложил рыцарь, входя в лабораторию.

— Пообедать? — Ляна удивленно вскинула брови. — А куда ты дел свою жену?

— Мира мне не жена, — Ланс усмехнулся. — К тому же сейчас она занимается каким-то амулетом в Хранилище и мне скучно.

— Ну, ладно, пошли, — неуверенно согласилась девушка, поднимаясь со стула.

Ланселот радостно вскрикнул, подскочил к висящему на стуле пиджаку Ляны и помог ей его надеть. Они спустились на лифте вниз, прошли огромный холл и, наконец, вышли на улицу.

Яркое весеннее солнце затянуло легкими облачками, позеленевшие деревья создавали ощущение праздника и веселья. Однако на Лиляну зелень и солнце не оказывали особого эффекта, она вообще предпочитала пасмурную погоду. Ланселот подал ей руку, предлагая опереться на нее, и они неспешно направились к кофейне.

***

— Ты можешь внятно мне объяснить, что нужно сделать? — уже в третий раз спросила Мирослава у Антона и провела левой рукой по грифу гитары вдоль струн.

— Ну, я же сказал! Аня должна стоять прямо в центре рисунка, я буду читать заклинание, а ты должна играть на гитаре и с помощью музыки направлять энергию Эфира в сапожки.

— Ты себя вообще слышишь? — чародейка возмущенно приподняла брови. — Что-то играть на гитаре, — она фыркнула, — так ритуалы не проводятся. Скажи конкретно, что играть, и тогда, я уверена, у нас получится гораздо быстрее.

— В том гремуаре не было написано, какая должна быть музыка, видимо, это не имеет значения, — пожал плечами Механик.

Мирослава тяжело вздохнула, села на маленький стульчик рядом с рисунком на полу, закинула ногу за ногу и взяла гитару.

Аня развела руки в стороны.

— Поехали! — скомандовал Антон и принялся заунывным голосом читать заклинание.

Волшебница небрежно провела по струнам и принялась наигрывать простенькую ирландскую мелодию. Сапожки на Аниных ногах стали наливаться ярким оранжевым светом, Антон довольно усмехнулся и едва не сбился в заклинании. Колдовской огонь становился все ярче, Мира пристально следила за ходом заклинания, не переставая наигрывать мелодию на гитаре. Сапожки ослепительно вспыхнули, Аня закричала и упала на пол.

В зале воцарилась тишина. Чародейка отложила в сторону инструмент и подбежала к девушке. Та, морщась и шипя от боли, уселась на пол. Мирослава коснулась ее ног светящимися пальцами и боль от ожога утихла. Антон выругался и обессиленно опустился на пол.

— Ничего не получается, — в отчаянии воскликнул он.

— Точно, — пробурчала волшебница и вернулась на свой стульчик.

Аня поднялась с пола, уселась на табурет и принялась стаскивать так и не ставшие волшебными сапоги.