Он был и не тем человеком, с которым в принципе стоило бы связываться. Он вообще, по сути, мог вовсе и не быть человеком, зато безусловно точно обладал дипломатической неприкосновенностью.

«Шеф, — прозвучал в наушнике голос Давьяра, — мы отследили, откуда был возврат средств продавцу. Танарг».

Но весь наш тринадцатый отдел аккуратно свернул операцию, хотя абсолютно всем нам, абсолютно точно было уже известно, что мой покупатель в данный конкретный момент зло курил в самом фешенебельном ресторане Гаэры, и никто из персонала не смел сделать ему замечание по данному поводу.

* * *Постукивая карандашом по столешнице, я задумчиво смотрела на заключенного номер тысяча семьсот двадцать один. Он вел себя нестандартно для заключенных — много ел, постоянно тренировался, занимался медитацией и не реагировал на положенного ему по закону киборга для удовлетворения интимных потребностей. Вообще. Он им даже дверь не открывал.

Канал видеонаблюдения за федеральной тюрьмой я взломала неделю назад. Не то чтобы это было легко, попотеть в принципе пришлось. Но, собака, я же должна была посмотреть, как там эта сволочь, из-за которой я до сих пор продолжала жрать салаты.

Сволочь отчаянно метался по камере как зверь в клетке. Сволочь где-то раздобыл мою фотографию и смотрел на нее только когда был уверен, что его никто не увидит. Не увидел бы, но я опять не ложилась спать до пяти утра… я видела. Правда даже устроив маленькое личное расследование так и не узнала откуда у гада мое фото.

Сволочь был чертовой талантливой сволочью! Которому сильно не повезло, и подставившись пиратскому братству, он был вынужден взять на себя имя и дело Геса Мейкона, и даже пса, который частично руководил операциями. Но Саманту похитил Ирд, тут крыть было нечем.

— Шейри, — раздался голос шефа из сейра.

— Да, — ответила, не отключая экран.

— Есть хреновая новость.

— Ну? — да, настроение было хреновое.

— Ирдэран Нельсвер объявлен политическим преступником и будет обменен на группу наших десантников.

— Да пошел ты! — не поверила ни единому слову.

А там, в камере, сидящий в позе лотоса Ирдэран Нельсвер улыбнулся, открыл глаза и посмотрел прямо на меня. В упор. Словно точно знал, к какой из видеокамер я подключилась.

— Нахрен салаты!

— Что? — не понял шеф.

Решила, что сегодня слетаю в город нажрусь эклеров. Тех самых, что он тогда притащил, из «Эванжи». Решено! Сто пудово. Наемся от пуза. Много… А потом сама себе сказала «Стоп». Подумала, проанализировала… набрала начальство и сообщила:

— Шеф, мне нужны все камеры наблюдения с улиц возле магазина сладостей «Эванжи».

Через пять минут широко улыбалась уже я — в магазине была засада.

Ждали меня.