Глава 21

Ощущение было такое, что день не собирается заканчиваться.

Не сговариваясь, мы все: я, Триады, Игорь с Ченом, его инженер и пара подручных — на ночь глядя попёрлись на Изнанку на двух экипажах.

Вообще, было правило: порталы положено охранять (даже дед Макар, вооружённый только скверным характером, считался за охрану) или надежно запирать. Соблюдалось это правило не очень строго, но, если в город проникали твари Изнанки, явочная служба всегда расследовала прорыв это или, допустим, человеческая халатность.

И наказание было — вплоть до каторги, всё же вопрос серьёзный.

В нашем случае дед Макар понимал свою функцию своеобразно. Ворота у него были старые, кованые и не факт, что они кого-то удержат. Закрывал он их на ночь, но ночь в его случае наступала не сразу. Для начала он весь вечер дремал на своём посту, безошибочно просыпаясь, только чтобы взять плату за проход, потом снова засыпал. А спать отправлялся достаточно поздно, когда уходил в свой дом с безбожно заросшим палисадником.

Злые языки говорили, что он спускал весь свой доход от портала на водку.

Как он её мог бы покупать, учитывая, что свой пост не покидал, никто объяснить не мог, но и перегаром от него иной раз отчётливо воняло.

Сейчас он снова дремал, глянул на нас из-за кустистых бровей, протянул мозолистую руку, получил свои пятаки и снова уснул. Судя по всему, время до закрытия врат у нас есть.

На Изнанке было светло и это сбивало с толка настроившийся на вечернее время организм.

Прииск был всё таким же, только на крыше нетронутого огнём здания сидела стая синеватых горластых местных птиц, которая при нашем появлении замолкла, а потом в едином порыве — улетела, синхронно и шумно сорвавшись с крыши.

Повсюду была грязь, валялся втоптанный в землю заступ, в сторонке стояла тачка с отвалившимся колесом, забросан бытовой мусор. На прииске царили: уныние, разруха и тоска.

Но, после подписания документов и покупки этого всего развесистого счастья вся эта разруха смотрелась под другим углом. Теперь это называлось «перспективы» и «потенциал».

Наш инженер, который пока что весьма плохо говоривший по-русски, покопавшись к кучке растаявшей грязи нашёл там две небольших растительных макра.

Чен извлёк из походного мешка лакированную табличку с надписью «Прииск Филинова», сбил искалеченную временем и шальными охотниками предыдущую табличку как орла с Рейхсканцелярии и водрузил нашу, таким образом, что в результате мы имели пока ещё всю ту же разруху, но с лакированной табличкой.