– И твои подружки, с которыми вы вместе ходили жаловаться на мисс Уилсон, также присоединились к тебе и стали унижать одноклассницу, верно?

– Да, – произнесла Барбара уже сквозь слезы.

– Значит, ты просто лгала, отвечая на мой вопрос, не пыталась ли ты третировать одноклассницу, Барбару Луиз, не так ли? – с вызовом спросил Кевин, и в голосе его внезапно зазвучал металл.

Барбара Стенли закусила губу, пытаясь не разрыдаться.

– Разве не так? – настаивал он.

Она кивнула.

– Так, может, ты лгала и насчет остального? Когда отвечала на вопросы мистера Баама, а?

– Нет, – пропищала девочка.

Кевин спиной чувствовал обжигающие взгляды зрителей. По щеке бывшей ученицы мисс Уилсон скатилась крупная слеза: она не успела высохнуть на лице и повисла на подбородке.

– Ты же всегда хотела, чтобы мисс Уилсон относилась к тебе так же хорошо, как и к Барбаре Луиз? Так, Барбара?

Она передернула плечами.

– Ведь ты всегда стремилась стать лидером в классе, чтобы все, включая мальчиков, обращали на тебя внимание?

– Нет.

– В самом деле? И ты снова не лжешь? – Он метнул взор в присяжных. – Ты же сама говорила об этом Мэри Лестер, не так ли?

Девочка попыталась было усердно замотать головой, но Кевин усилил атаку.

– Я мог бы попросить Мэри прийти сюда, Барбара, чтобы напомнить тебе, что есть правда, а что ложь. Ты ведь рассказывала ей о том, как хочешь, чтобы все презирали Барбару Луиз, а любили только тебя? – спросил он бархатным голосом.

– Да...

– Значит, Барбара Луиз была популярной девочкой в классе, не так ли?

– Кгм... да.

– Именно такой ты и хотела стать, верно? Да и кто бы не хотел? – риторически продолжил он. – Ведь верно же? – еще раз спросил Кевин почти с насмешкой.

Барбара впала в ступор. Она не знала, должна ли отвечать на такой вопрос, и если должна, то как?

Но Кевину и не нужен был ответ. Он пускал в ход ораторские способности, с успехом воздействуя на аудиторию и, прежде всего, на присяжных. Что, впрочем, одно и то же. Мнение присяжных нередко подчиняется голосу толпы.

– И вот теперь ты, Барбара, вместе с остальными девочками обвиняешь мисс Уилсон в сексуальных домогательствах...

Барбара кивнула, чуть приподняв глаза. Кевин остановил на ней взор.

– Да, – наконец выдавила она.

– Это был твой первый сексуальный опыт и ты еще ни о чем подобном не слыхала, про ""там"" и ""тут"", Барбара? – быстро спросил он.

Публика ахнула, парализованная подобной атакой на ребенка со стороны адвоката, по рядам пронесся разгневанный гул голосов, послышались сердитые реплики. Это напоминало камерный оркестр, исполняющий за его спиной ""Полет шмеля"". Как бы ни грозен был шум, сейчас, в преддверии триумфа, он казался Кевину сладкой музыкой.

Судья между тем застучал, останавливая шум.

Барбара медленно кивнула.