Её лучшие адвокаты, работающие над самыми сложными и прибыльными сделками. А также, являющиеся косвенной причиной того, почему я сейчас находился здесь. Не в смысле в этой комнате. А вообще в этой фирме.

Из всех пятерых я мог читать эмоции лишь Смирнова и Голицыной. Что же касается обоих Лазаревых, то оно и так понятно. А вот с Вольским интересно. Если верить Лару и моим собственным наблюдениям, то, получается, что и он обладает Реликвией. Интересно только, какой именно.

Но сейчас не об этом. Голицына и Смирнов были напряжены и явно чем-то обеспокоены, хоть и пытались не подавать вида. Что могло так встревожить подобных людей, что потребовалось собирать всю фирму?

Имелась у меня догадка. И она мне решительно не нравилась.

— Всем добрый день, — произнёс в установившейся при его появлении полнейшей тишине Павел Лазарев, выйдя в центр помещения и моментально приковав к себе внимание всех собравшихся в зале людей. — По крайней мере, хотел бы я так сказать. К сожалению, повод для нашей сегодняшней встречи не настолько радостный, чтобы я сейчас был доброжелательным.

Сказано это было жёстким и колючим тоном. Одного только взгляда на Лазарева было достаточно, чтобы понять простую вещь: что бы там у них ни случилось, ситуация, видимо, действительно серьёзная.

Впрочем, чего гадать. Судя по всему, нам сейчас и так расскажут.

— Как, должно быть, некоторые из вас слышали, наша компания работала над слиянием двух крупных компаний, — произнес Лазарев. — Сделка по объединению «РНК» и Тяжёлой машиностроительной корпорации Его Высочества князя Румянцева должна была завершиться на этой неделе. Завершиться взаимным и устраивающим обе стороны договором и крайне солидным процентным гонораром для нашей компании.

Лазарев прервался и окинул собравшихся тяжелым взглядом.

— К сожалению, теперь это уже не случится, — холодно проговорил он. — Не подлежащие разглашению документы об условиях сделки попали в руки третьих лиц, что стало причиной отказа совета директоров «РНК» от этой сделки.

По залу прокатилась волна тихого и удивлённого ропота. Не стану лукавить, если скажу, что некоторых это даже шокировало. И нет, совсем не потому, что сделка сорвалась. Подобное бывает. Проблема заключалась в другом. Если документы утекли на сторону, то логично, что наша фирма могла быть одной из тех сторон, которая это допустила, а, если так…

— Ваше Сиятельство, Павел Владимирович, — осторожно заметил один из начальников отделов. — При всём уважении, но с чего такая уверенность, что именно мы ответственны за произошедшее…

— Это не то, что должно тебя волновать, Николай, — отрезал Лазарев. — Суть ситуации в том, что один из наших сотрудников допустил утечку крайне деликатной информации.