По словам Молотова, здесь располагалась одна из самых крупных в Монтане юридических фирм. Впрочем, не только в штате, как он потом добавил. По его словам, «Лоуренс, Ричардс и партнеры» была второй по величине фирмой на всём северо-западе.

— Вячеслав! — воскликнул мужчина, когда нас привели в просторный кабинет на пятьдесят втором этаже. — Рад тебя видеть!

Он не был толстым. Скорее, массивным. Что такое небольшая полнота, когда твой рост под метр девяносто? Чем-то он напоминал мне носорога. Не только солидной внешностью, но и оттенками эмоций. Такой будет переть вперед до тех пор, пока не остановится. И сделает это исключительно по собственному желанию, а не потому, что его остановили.

— Здравствуй, Джеймс, — поприветствовал его Молотов, тепло обняв друга, а затем указал на меня. — Позволь представить тебе моего помощника, Александра Рахманова. Александр, Джеймс Ричардс, один из владельцев фирмы.

— Очень приятно. — Я пожал его руку. Хотя, наверное, лучше будет сказать, что моя рука просто утонула в его огромной ладони.

— Взаимно, юноша, — улыбнулся Ричардс. — Кстати, не могу не отметить, что у вас прекрасный английский. Да ещё и в таком молодом возрасте…

— Александр полон сюрпризов, Джеймс, — усмехнулся Молотов, усаживаясь в кресло. — А теперь, будь добр, расскажи мне, что случилось с документами.

— Я и сам бы был рад тебе ответить, но просто не знаю, — развёл руками Ричардс. — Ещё вчера утром всё было в порядке. Как и мы условились, мой друг в Новой Колумбии позаботился о том, чтобы к ним был доступ только у меня. Но сегодня утром бумаги пропали. Всё, что у нас осталось, это часть налоговых записей и заметки о транзакциях.

Слушая его, я постарался не хмуриться. Что-то было не так. Сначала он говорил чистую правду. До тех пор, пока речь не зашла о том, что бумаги пропали сегодня утром. Тут в его эмоциях появилось… что-то. Что именно, я так и не понял.

— То есть возможности доказать, что Эдвард Харроу передал свою землю и большую часть капитала фирме, принадлежащей Анне, у нас нет? — сделал я предположение, на что Ричардс утверждающие кивнул.

— К сожалению. Мы сейчас пытаемся установить, что именно произошло, но…

— Хорошо. Но ведь остаётся ещё факт подданства Анны, разве нет? — задал я вопрос. — Она поданная Российской империи. Даже если Харроу оспорят её притязания, то мы всё ещё можем использовать эту карту, чтобы защитить её.

Ричардс вдруг изменился в лице. Произошло это настолько резко, что я просто не мог не обратить на это внимания.

— Ты не сказал ему? — спросил он, повернувшись к Молотову.

— Боюсь, что для этого не нашлось подходящего момента, — произнес Молотов.

— Не сказали что? — уточнил я, поворачиваясь к Вячеславу.

Стоит отметить, что сейчас я впервые ощутил у него нечто вроде неуверенности.