— Если он заявит такое… это… это сильно повредит делу?

— Может, — сказал я, опередив Молотова, потому что ощутил, что тот явно собирался в очередной раз начать успокаивать свою клиентку и по совместительству очень важную для него женщину. А вот я уменьшать наши опасения насчет этого не хотел. — Если у него есть хоть какие-то доказательства, то он может использовать их для того, чтобы попытаться изменить взгляд судьи и свидетелей суда на вас…

— Александр несколько нагнетает, — тут же поспешно добавил Молотов, бросив на меня хмурый взгляд. — Анна, отсутствие экстрадиции защитит тебя. Суд не сможет арестовать тебя, даже если бы им прямо в зал принесли ордер из Империи. Точно так же, как и привлечь по таким основаниям к какой-либо ответственности на своей территории. В этом плане ты защищена.

Я бы, конечно, возразил, но не стал и просто промолчал. Все-таки эмоциональная вовлеченность всегда имеет свой отпечаток, каким бы профессионалом ты ни был. Вот и Молотов нет-нет, да позволял своему отношению к Анне влиять на то, что он делал.

И что удивляло меня больше всего, судя по его эмоциям, — он сам это понимал. Да только либо ничего не мог с этим поделать, либо же просто не хотел.

Что же касается всплывшего прошлого Анны, то тут ситуация сложная. Закона об экстрадиции действительно нет. Но я и не о нем волновался. Если Генри владел доказательствами, то использованные в нужный момент они могли повернуть происходящее не в ту сторону, какую бы нам хотелось.

Проще говоря, такие сведения могли стать тяжелой наковальней, которая со всей дури рухнет нам на головы в самый неподходящий момент.

— Что мы будем с этим делать? — негромко уточнил я у Молотова.

— У нас не так много времени для того, чтобы сейчас выстраивать новую тактику защиты, — вздохнул он и с неудовольствием посмотрел на проносящиеся за стеклом машины улицы Хелены. — Но кое-что мы всё-таки сделать сможем.

Видимо, немой вопрос в моем взгляде читался уж больно хорошо, так что он продолжил практически сразу же.

— Будем отрицать, — произнес он. — А я должен убедиться в том, что у ее легенды достанет прочности выдержать придирчивый допрос.

— Ричардс? — уточнил я, вспомнив, что именно он помогал Анне с документами, когда она переехала в Конфедерацию вместе с Эдвардом.

— Да, — кивнул Молотов. — Я хочу быть уверен в том, что нет чего-то, что мы могли пропустить. Мы вчера с ним это обсуждали по телефону, и он пообещал проверить и перепроверить все бумаги, чтобы там не было несостыковок.

Задумавшись, я прикинул в уме наш график.

— У нас не так много времени, — заметил я, на что Молотов просто пожал плечами.

— Не беспокойся об этом, — сказал он. — Вы с Анной поедете в здание суда и начнёте подготовку. Лора уже должна быть там.