Вот и весь секрет. Тебе-то ясно, что хотел сказать апостол?

Алевтина медленно повернула к нему голову."

"– Я не стояла со свечкой, – прошептала она. – Но, возможно, Матфей намекает: после появления Кудесника на свет его родители стали жить обычной семейной парой. И, соответственно, у них родились дети. Те самые Иаков, Иосия, Иуда и Симеон… ты это подтвердишь?

Глаза «Кудесника» блеснули во тьме – как у кошки.

– Посмотри на меня. Ничего не замечаешь? Мы с ним от рождения оба похожи на мать – одно лицо… вот только отцы у нас разные. Но слава будет принадлежать ему одному, прочие братья растворятся в неизвестности.

Любые упоминания про наше бытие вымарают со священных страниц. Родственники Кудесника никогда не топтали землю! У человека с божественным началом, пришедшего в наш мир, не может быть родных. Иначе его жрецам пришлось бы открыто признать – потомки, в чьих жилах течет святая кровь Кудесника, до сих пор живут среди людей. И ведь их немало – сотни, тысячи…

Он задыхался от гнева, его лоб покрылся испариной.

– Жрецы Кудесника объявят любые Евангелия, где описывается его детство и юношество, незаконными[57].

Создадут ему удобную, сладкую биографию. А мы? Ну, что ты… нас ведь не существовало…

Ангел рядом с Алевтиной нарисовался быстро – черты в воздухе проступили не как обычно (проявляющейся фотографией), а резче и чётче – словно кто-то вырубил их топором из пространства.

– Ты никогда не любил его, правда? – спросил ангел.

«Кудесник» поперхнулся, сильно закашлялся.

– Кхххх… Я его ненавижу. Ему с детства дали всё самое лучшее – внимание, заботу и опёку. Как же, мы с братьями лишь крысы земные, а у него – отец с Небес. Захочет – прикоснется к мёртвой птичке, она оживёт… мы пыль в его божественной тени.

А сколько раз нашей семье пришлось, подобно ворам, бежать с места на место под покровом ночи? Стражники царя Иудеи пытались нас зарезать, словно овец. Этот выскочка испортил нам жизнь своими бредовыми идеями, заморочил голову отцу и матери. Я ушёл из дома пятнадцати лет от роду, разругавшись с родителями… Никогда не любил? Это верно. Я дал бы отрезать себе руку, чтобы его не стало.

Барельефы на стенах, казалось, рассматривали Алевтину в упор. Ей даже показалось, что божество с головой шакала оскалило клыки.

– Я тебя правильно понял – ты сам захотел нас найти?

«Кудесник» угрюмо кивнул.

– Да. Я заплатил Беренис, чтобы она распространяла на базарах слухи о появлении Кудесника в Александрии. Устал бегать, решил поговорить с вами напрямую. Тот вещий сон показал мне будущее – во всей красе. Я ужаснулся. Как оказалось, это же видение пришло ночью и императору Тиберию. Да, он угнетатель моей земли, палач моего народа… Но обоюдная вражда к Кудеснику сделала нас союзниками.