Девушка на какое-то мгновение перевела взгляд на Дениса, ее щеки зарделись, как у влюбленной школьницы. Она действительно поверила, что после секса с этим странным русским Будда взял над ней покровительство.

— А вы уверены, что Усама там один? — спросил Дум-Дум.

— Действительно, а если там весь его штаб? — Глаза Гуффи возбужденно горели, он хлопнул в ладоши. — Ведь на каждого из них американцы повесили ценник. Черт, каналья, говорил же я Факиру, не тем бизнесом мы занимались. Не тем…

— Я имел в виду не штаб Усамы, а его охрану, — пояснил свою мысль Дум-Дум. — Сколько эту сволочь охраняет головорезов? Сотня? Больше?

— Вряд ли их там много, — отрицательно покачал головой Давыдов. — В этом случае были бы видны следы их пребывания на поверхности; к тому же продовольствие маленькими партиями им хлопотно сюда доставлять — можно примелькаться. А большим судном — легко засветиться, так что целой армии здесь быть не может.

— Значит, берем пещеру людоеда, — едва не выпрыгнул из шорт от восторга Гуффи. Он сейчас походил на наркомана, принявшего дозу дурмана, эйфория из него буквально фонтанировала.

— Смешной ты, парень, — покачал головой Дум-Дум, когда Давыдов перевел ему слова наемника. — Нам с «духами» не в салочки играть или снежки, а рубиться. У каждого из них по автомату, наверняка запасные обоймы и столько же гранат, а у нас… — Снайпер продемонстрировал «катран», с которым не расставался, как будто с частью собственного тела.

— Н-да, — недовольно проворчал Давыдов, вспомнив оставленные в сбитом вертолете штурмовые винтовки, отобранные у французских морских пехотинцев.

— И что? — не сдавался Гуффи. Вытащив из земли гарпун и повертев между пальцами стальную спицу, он спросил: — А это разве не оружие?

— И булыжник — оружие пролетариата, — с иронией добавил Денис.

— Верно, — француз не понял насмешки и продолжал агитировать за штурм подземного бункера. — Хороший камень завязать в майку, и будет ударный инструмент не хуже средневекового кистеня. Я такой штукой умею пользоваться… Плюс на нашей стороне внезапность. Захватываем оружие, ждем смену караула, потом их уничтожаем и врываемся в подземелье, где начинаем зачистку по-полной. В конце концов, американцы заявили, что платят за Усаму в любом виде. Не важно, живого или мертвого.

— Кто еще так думает? — спросил Давыдов. Он уже понял, что спокойно переждать до прихода «Афины» с ее капитаном Петровичем не удастся.

— Я могу одна нейтрализовать караул. — Сумико перехватила у наемника гарпун, продемонстрировала несколько приемов с копьем и снова, как попугай, заученно добавила: — Меня готовили как офицера секретной полиции.

Снайпер деловито стал проверять остроту своего ножа указательным пальцем.