– Хочешь, я потру тебе спинку?

– Нет! – выпалила Дуня. – Лучше разбери чемодан. Я терпеть не могу беспорядок, ты же знаешь. И закажи что-нибудь поесть.

– Ты ведь только из ресторана.

– Шутишь? Мне кусок не лез в горло. Я так волновалась, что меня бросало из жара в холодный пот. Именно поэтому мне нужно в душ.

– Сначала еще один поцелуй.

– Вовка, отстань! От меня, наверное, воняет, как от поросенка.

– Да? – Чернов дурашливо ее схватил и принялся нюхать – за ухом, у скулы… Дуня визжала, вырываясь изо всех сил, и хохотала.

– Ну, как?

– Не знаю. Поросят я никогда не нюхал. Так что не с чем сравнить.

– Фи, какая ты неженка! Никаких поросят?!

– Как будто тебе их доводилось пасти, – парировал Володя.

Да. В этом они одинаковые. Как и во многом другом. Именно поэтому Чернов для нее – лучший вариант."

"– Свиней не нужно пасти. – Дуня с трудом выдержала шутливый тон. – Это ж не овцы, – и понурив голову, пошла-таки в душ.

Глава 18

– Ой! Погодите! Я ведь совсем забыла…

– Ну, что там?

– Подарки! Детям. Нельзя идти в дом к людям, у которых есть дети, с пустыми руками!

– Мы идем не к простым детям. А к детям весьма обеспеченных родителей. На кой им наши подарки? Ты их ничем не удивишь.

– И все же…

– Дунь, Володя прав. К тому же я не видел в нашей деревне Детского мира.

Дуня задумчиво осмотрелась. Детского мира в их деревне, может, и не было, зато в холле гостиницы, помимо сувенирных лавок, располагался небольшой ювелирный. Недолго думая, она направилась туда. Для девочек купила симпатичные серебряные сережки, а Матвею – кожаный браслет с фенечками.

– Довольна?

– Очень. Ну что, пойдем?

– Надеюсь, в этой дыре можно вызвать такси.

– Да мы пешком, Володь. Здесь недалеко, – нахмурилась Дуня, обидевшись за свою деревню, и пошла к двери-вертушке. В разгоряченное лицо ударил свежий ветер. После случившегося накануне снежного Армагеддона зима будто выдохлась. В воздухе пахло сыростью и, как ни странно – весной. Столбик термометра застыл на нуле. Еще немного – и по улицам потекут реки. А пока, будто по случаю праздника, снежок кое-как держался.

Дом Быковых встречал их приглашающе распахнутыми воротами и такой яркой праздничной иллюминацией, что у Дуни зарябило в глазах. Где-то совсем рядом слышался детский смех. Лай собак и низкие мужские голоса.

– Что там происходит?

– Пойдем, посмотрим.

Их компания прошла через огромный двор за дом, туда, где располагалась детская площадка, которую нынче, похоже, превратили в площадку для дрессировки собак.

– Вот так, Жучка, молодец! – кричал Матвей, задабривая псину кусочком говяжьей вырезки. – Дуня! Смотри, она понимает команды… Я ее научил. Сидеть!

Виляя хвостом, Жучка послушно села.