Какой курорт? Ка-а-аак? Вы что, не в курсе проекта Романа Быкова? Да-да, того самого… Из аграрного сектора. Который первый в списке Форбс среди миллиардеров до сорока. А вот его жена – представительница местной власти. И так, слово за слово… В разговор был вовлечен каждый. Особенно Николая Васильевича удивило то, что практически все, кто так или иначе был связан с этим проектом – одноклассники. Он даже пошутил на эту тему – мол, круговая порука тут у вас. От ментов, до главы администрации – все повязаны. Юль Санна поспешила заверить, что использовать служебное положение не в ее принципах. И шутя, добавила, что если так разобраться, она от этого проекта пока больше потеряла, чем приобрела. Где это видано, чтобы любимый муж вместо того, чтобы дарить жене бриллианты – вкладывался в развитие края? Николай Васильевич захохотал. Согласился, что это непорядок. Пожурил подоспевшего Быкова за невнимание к жене и уткнулся-таки в проект той самой крытой террасы на водопаде.

– И туда сможет приходить кто угодно? Без всяких входных билетов?

– Для туристов входной билет будет – все-таки объект нужно на что-то содержать. Но это будет весьма символичная плата.

– А льготники?

– Вход для льготников будет совершенно бесплатным.

– Очень… по-европейски, – заключил президент. Дуня взволнованно облизала губы, не до конца понимая – это комплимент ее таланту архитектора или, напротив?

– Это неспроста. Евдокия – весьма востребованный в Европе специалист.

– Кажется, я знаю вашего отца.

– Да, мы виделись в опере. Мой отец – академик Степанов.

– Точно! Он проектировал музей современного искусства.

– И не только.

– Насколько я могу судить, вы унаследовали его талант. Этот ресторан – тоже ваших рук дело?

Дуня, которая и впрямь проектировала устричный бар Мариам, кивнула. Проект хоть и был совсем маленьким, но с точки зрения архитектуры он был без ложной скромности уникальным.

– Я пока не решил, что мне нравится больше – ваша архитектура или меню нашей замечательной хозяйки, – сделал комплимент Николай Васильевич. – Я такой долмы сроду не ел.

Они не стали уточнять, что рецепт той долмы здешний шеф Наталья выдумывала на ходу. По факту это была весьма специфическая долма – с осетровыми и красной икрой. Бар-то устричный. Никакой долмы, в классическом ее исполнении, здесь попросту не готовили.

– Тогда, может, еще? Или десерт?

Удивительно, но при упоминании сладкого глаза президента загорелись.

– А на десерт у нас что?

– Все, что угодно. Но я бы порекомендовала гату в виде штруделя с айвой и мороженым из красного базилика.

Может, об этом еще рано было судить, но Дуня всем сердцем ощутила, что это – победа. Ей нужно было перевести дух. Совсем чуть-чуть. Она незаметно вышла из-за стола.