Марк почувствовал, как ее рука робко легла на его плечи. Нет, это было невыносимо!

— Что ты со мной делаешь, девочка? — шепнул он.

— Выполняю контракт, — хихикнула в ответ Лорен и залилась румянцем.

Он сорвал пиджак швырнул его на пол, дернул галстук, расстегнул верхние пуговицы. Она лежала чуть напряженная и такая желанная, что Марку стало жарко. Не спеши, дал он себе команду. Глубоко вдохнул, унимая дрожь в кончиках пальцев.

— Сними ее, — попросил тихо.

Девушка села и медленно развязала шнуровку больничной рубашки, стянула через голову и замерла не зная куда ее девать. Марк забрал у нее эту ненужную тряпку и отбросил на стул.

— Какие восхитительные небольшие груди, с вызывающе бесстыдными сосками, которые так и хочется укусить, — он провел кончиками пальцев по ее скулам, спустился вдоль шеи к упругим холмикам грудей, чувствуя, как дрожит ее тело под его пальцами. Огладил темный орел, скользнул ниже к темнеющей впадине пупка. — Бархатная кожа, теплая и гладкая, напряженный животик, длинные стройные ноги…

Лорен сглотнула. Марк наклонился коснулся губами живота, затем, целуя поднялся выше и наконец завладел одним соском, лаская рукой вторую грудь и прислушиваясь к реакции подарка. Девушка шумно вздохнула, когда он прижался лицом к ее груди, нежно

поглаживая и играя с ними губами. Она застонала, вцепившись пальцами в

его волосы, но с губ ее сорвалось:

— Дон Марк, остановитесь."

"Ну уж нет! Он слишком долго терпел! Марк рванул ремень и спустя несколько секунд прижимался к девичьему телу обнаженной кожей. Ему казалось, что он умирает, не может вдохнуть, потому что все слишком прекрасно, чтобы он захотел остановиться. Это было восхитительно. Он властно раздвинул ей ноги и прижался пахом к горячему и запретному. Лорен вскрикнула, и попыталась оттолкнуть, но Марк не позволил, сжимая в объятиях и целуя с такой страстью, словно это было последний раз.

И тогда пришла боль.

Жгучая, выворачивающая наизнанку, поглощающая боль. Марка выгнуло дугой, подняло над постелью и швырнуло о стену с такой силой, что затрещали кости.

«Не смей, — прозвучало в голове. — Мне нужная она вся — душа, тело, любовь. А ты хочешь только ее тело. Я не позволю»

Марк попытался сопротивляться и с отчаянной безнадежностью понял, что недооценивал Его. До сих пор Он не позволял себе проявлять сущность в полную меру. В душе Марка бушевал неистовый демон, ломая кости, сминая органы, разрывая энергетические структуры.

Тьма.

— Марк!

И боль ушла. Марк, едва дыша, бесформенной кучей лежал на полу в луже собственной крови и пытался восстановить тело. Лорен, как была нагая, сидела на полу положив его голову на колени, обнимая за плечи и тихо плакала.

— Не реви, — прошептал он. — Это не страшно. Страшно, когда Он рвется на свободу.