- Никогда не оставляла одного! Милок, она меня буквально изнасиловала!

- В первый раз! Помню, она сама рассказала, и глаза так блестели…

- И у тебя поднялся как черный жезл самого Худа…

- Не твое дело, Дорут…

Тут что-то прижалось к ноге Торвальда. Кошка, урчащая как ручей по гальке, выгнувшая спину и поднявшая хвост. Он поднял ногу, занес над тварью - но заколебался, поставил обратно. Если подумать, кошачьи глаза и уши окажутся благом, ради сладкого поцелуя Апсалар! Если она решится пойти за ним, разумеется.

Торвальд осмотрел стены, карнизы, завитки метопов и полоски ложных пилонов.

Утер пот с ладоней, посыпал их пылью, начал карабкаться.

Добравшись до первого подоконника, залез на него и присел. Да, это не очень мудро - но падение его не убьет, даже плечо не вывихнет. Затем вытащил кинжал, осторожно просунув между ставней и отыскав защелку. Кошка прыгнула следом, чуть не сбив его - Торвальд едва не упал, но сумел восстановить равновесие. Неслышно выругавшись, продолжил открывать защелку.

- …все еще тебя любит, понял?

- … что…

- Любит. Она любит разнообразие. Говорю тебе, Милок, твою последнюю завоевать нелегко… было…

- Клянешься!?

- Ты мне самый старый и лучший друг.

Больше никаких секретов! Когда я клянусь, значит, говорю правду. У нее большой аппетит, так что проблем нет. Я не лучше тебя, просто другой. Вот и все.

- Сколько раз в неделю? Скажи, Дорут?

- О, каждый второй день или…

- Но я тоже через день!

- Четные и нечетные. Я ж говорю - аппетит.

- А я…

- … после смены пойдем пить….

- Да. И сравним впечатления.

- Мне нравится, ха! Эй, Милок…

- Да?

- Сколько твоей дочке?

Защелка звякнула, освобождая ставни; одновременно меч свистнул, вылетая из ножен, и у ворот под аккомпанемент диких воплей пошла схватка.

- Шутка! Честно! Просто пошутил, Милок…

Голоса теперь доносились от фасада; Торвальд вставил кинжал между свинцовых створок и открыл окно. Торопливо шагнул в темную комнату. Во дворе забухали сапоги, от главных ворот донеслись новые вопли. Зазвенел разбитый фонарь, полетел на мостовую чей-то меч.

Торвальд быстро закрыл ставни и окно.

Сзади зловеще заурчали, мягкая челюсть уперлась в колено. Он протянул к кошке руку - пальцы уже скрючились… но снова передумал.

Проявить уважение к проклятой твари, да - когда она услышит то, что нельзя услышать и увидит то, что нельзя увидеть…

Повернувшись на корточках, он принялся изучать комнату. Какой-то кабинет, хотя почти все полки пусты. Чрезмерные амбиции, вот что такое эта комната. Внезапный порыв к культуре и мудрости, разумеется, обреченный на гибель. Тут одних денег недостаточно - требуется также и интеллигентность. Вкус, пытливый ум, интерес к другим материям - к тому, что не очевидно.