Гораздо вероятнее, что глаза наблюдателя впиваются в нее с высоты ближайшей крыши.

Человек на земле прекратил корчиться.

Она отвернулась и пошла к входу “К’рул-бара”.

- Хватка!

Она была уже в двух шагах от потертой двери. Обернулась: Дергунчик и Синий Жемчуг спешат к ней, в руках по жбану с салтоанским вином. У Дергуна на лице свирепое выражение; Синий - он идет на шаг позади отставного сержанта - повернул голову и смотрит на простершееся на мостовой тело. Уличные беспризорники уже деловито обирают мертвеца. Опередили…

- Сюда, вы двое! - бросила Хватка. - И смотрите по сторонам!

- Опасно нынче за покупками ходить, - сказал Дергунчик. - Синий сделал иллюзию, и мы прям сразу засаду заметили…

В последний раз окинув взором улицу, Хватка схватила их под руки и бесцеремонно потащила в дверь. - Внутрь, идиоты.

***

“Невероятно! Эта ночь так взбесила меня, что я ответила отказом на первое честное брачное предложение за двадцать лет”.

Дымка сидела на том месте, на котором сидела всегда, когда чувствовала неприятности - за столиком в тени сразу за дверью. Сидела и оправдывала свое прозвище, да еще вытягивала ноги так, чтобы всякий входящий споткнулся.

Переступив порог, Хватка с силой пнула по сапогам подруги.

- Ой! Лодыжка!

Хватка швырнула сверток лаваша на колени Дымки.

- Ух!

Дергунчик и Синий Жемчуг пробрались мимо нее. Отставной сержант фыркнул: - Теперь у нас на входе есть звонок. Страшный такой, кричит “ух-ах!”

Но Дымка уже опомнилась и разворачивала сверток.

- Знаешь, Дым, - сказала, усаживаясь у стойки, Хватка, - ривийские старухи плюют на сковороду, прежде чем плюхнуть туда тесто. Старинный обычай, благословение духов…

- Вовсе нет, - оборвала ее Дымка, хрустя слоями обертки. - Они слышат шипение и понимают: сковорода нагрелась.

- Все не так просто, - пробормотал Синий Жемчуг.

Хватка поморщилась и кивнула: - Да. Давайте-ка все пойдем в контору. Дымка, пойди отыщи Колотуна.

- Неудачное время, - заметила Дымка.

- Что?

- Штырь не вовремя отправился паломничать.

- Ему повезло.

Дымка не спеша встала и произнесла, жуя кусок хлеба: - Дюкер?

Хватка подумала и сказала - Спроси. Если захочет, пусть придет.

Дымка моргнула. - Убила кого ночью, Хва?

Отсутствие ответа может быть достаточным ответом. Хватка подозрительно оглядела кучку посетителей. Всё это пьяницы, уже неспособные выползти на улицу в двенадцатый звон, как требует обычный порядок. Все как один старые знакомцы. И хорошо. Махнув остальным рукой, Хватка пошла по ступеням.

***

Проклятый бард блеял в дальнем углу большого зала строки одной из самых темных поэм про Аномандариса. Никто его не слушал."

"Эти трое видели друг в друге новое поколение членов Совета Даруджистана.