Кое-как поднимаюсь, одергиваю задранную юбку, бреду в ванную комнату и долго умываю лицо холодной водой. Что-что, а раны зализывать я научилась.

Кстати, я совсем не старая, мне всего двадцать восемь, выгляжу я от силы на двадцать. Не сейчас… а обычно.

И Роман у меня не первый хозяин-импотент.

Я получила клеймо «Всемогущих», когда мне исполнилось двадцать. Моим первым и самым любимым хозяином был престарелый параплегик с параличом ног. Всё, на что был способен, — сидеть в своем навороченном кресле-каталке и смотреть. Я танцевала для него стриптиз, сопровождала на светские мероприятия, позволяла любоваться собой во всевозможных нарядах, которые он разрешал мне купить. Конечно, он периодически щупал меня за разные места, но всё равно это было хорошее время, лучшее из того, что выпало на мою долю за последние восемь лет. Я прожила с ним два года. После него был сексоголик, с которым пришлось пройти в койке Крым и рым. Зато он меня ни разу не ударил, за что я тоже была благодарна. Через год — стандартный срок действия контракта — он сменил меня на другую. Третьим моим хозяином стал уже Роман Войтов, эмоциональный кастрат, не способный ни на физическую, ни на духовную близость…

Впрочем, мне эта близость не нужна. И любовь не нужна, я ее даже боюсь… Она у меня уже была и ранила даже больше, чем всё остальное дерьмище, которое случилось в моей жизни потом.

Глава 3. Жена лучшего друга

Тогда же:

Натан

— Натан, ты хороший, правда! Ты добрый, отзывчивый… Ты еще обязательно себе кого-нибудь найдешь…

Слушаю сбивчивую речь крошки Киры и обалдеваю. Да, давненько мне не говорили такого, хотя в свое время наслушался разного."

"Пока не начал зарабатывать приличные деньги, девчонки то и дело мной расшвыривались. В ранней юности я казался им несерьезным, не заслуживающим особого внимания. Балагур Натан, не стоящий без своего папочки и ломаного гроша, а папочка эти гроши перестал мне выдавать с наступлением совершеннолетия. Такой была моя инициация во взрослую жизнь. Хотя недостатка в женском внимании я даже тогда не испытывал. Девчонки охотно со мной знакомились, любили забежать в гости на кофе с презервативом в сумочке. Вот тогда-то фразы типа «ты хороший парень, добрый, отзывчивый» и набили оскомину.

Только с Кирой-то я не встречаюсь, у нас с ней никогда ничего не было и не будет, хоть девчонка до одури привлекательная. Стройная, с симпатичной мордашкой — всё при ней.

Резко закашливаюсь, чтобы как-то сгладить неловкость. Отвечаю в тон ее словам:

— Кирочка, не будь ты женой моего лучшего друга, я бы подумал, что ты со мной расстаешься!

— Чего?! — ее и без того огромные глаза буквально превращаются в два блюдца.