Она делала вид, что все в порядке, но по мере приближения дня возвращения на остров, ее настроение ухудшалось.

Загрузив чемоданы и проведя почти час на лодке, которая, казалось, вот-вот развалится из-за бурного моря, мы ступили на сушу. Я не сказала Алексу, в котором часу приезжаю. Понятия не имела, встретит ли он меня в порту или нет, но мне не хотелось питать иллюзий и разочаровываться. Я все еще не знала, каким человеком был Алекс Ленокс, – тем, кто ждет тебя с букетом цветов на вокзале; тем, кто просит сообщить ему, когда ты вернешься домой целой и невредимой, или тем, кому просто было все равно.

– Было весело, да? – спросил Гас с улыбкой, когда настало время прощаться.

– Еще как! – воскликнула Мэгги, улыбаясь на автомате.

Мы молча смотрели друг на друга.

– Ну ладно… увидимся в Mola Mola через час, не опаздывайте, – сказал Эко; на чем мы все дружно и договорились.

Мы улыбнулись друг другу и разошлись каждый в свою сторону. До заката оставалось совсем немного. Впереди меня ждал ещё целый выходной день, и мне захотелось выпить пива на пляже.

Конечно, сразу по приезде я взяла телефон в руки и написала ему.

Я уже здесь.

Если хочешь, давай встретимся на закате, как всегда.

Он медлил. А когда прочитал моё сообщение, вместо того, чтобы написать ответ, Алекс позвонил. Я ответила, пока открывала дверь в свою квартиру.

– Как погляжу, ты миллениал, – ответила я, смеясь открывая дверь и бросая рюкзак на пол. После я сняла туфли и на цыпочках пошла на кухню, чтобы налить себе стакан холодной воды.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он меня.

– То, что ты предпочитаешь разговаривать по телефону, а не переписываться, – объяснила я, зажимая телефон между плечом и ухом, чтобы помочь себе побыстрее справиться на кухне.

– Мне нравится слышать твой голос. Это не имеет ничего общего с тем, чтобы быть миллениалом, центиниалом или кем бы то ни было еще из определений новых поколений…

– Теперь ты говоришь как старик, – рассмеялась я, поддразнивая его.

– Ну, просто я намного старше тебя.

– Двадцать девять – не так уж и много, – возразила я и плюхнулась на диван, перехватывая телефон правой рукой.

– Через несколько месяцев мне исполнится тридцать. Уверен, так твое восприятие изменится.

Я немного поерзала на диване.

– Когда?

– В декабре, – признался он немного лениво.

– Ты же будешь праздновать, не так ли? – сказала я, не будучи в состоянии представить его в праздничной обстановке и в центре внимания.

– Не обольщайся, я не планирую ничего особенного.

– Как это нет? Тебе исполняется тридцать! – мой голос звучал взволнованно. Меня наконец осенило. – Боже, тебе исполняется тридцать!

Он засмеялся на другом конце линии, и это вызвало у меня улыбку.

– Что, уже не такой молодой? – спросил Алекс.