Кроме индивидуальных пакетов весь груз составляли боеприпасы. Каждый автоматчик имел по 8—10 запасных магазинов, несколько пачек патронов и гранаты.

Обнаружили солидный запас патронов к немецким винтовкам «маузер» и несколько лент к пулемету. Но всего этого хватило бы в лучшем случае, чтобы отбить еще одну атаку.

Раскапывали заваленные окопы и радовались, когда находили две-три обоймы, горсть патронов россыпью, несколько гранат.

Связи с полком и даже батальоном не было. Андрей Краев, Иван Коржак, старшина Степан Снитко сидели на командном пункте и решали, что делать дальше.

Если не подойдет помощь, то рота долго не продержится. Оставлять позиции и прорываться без приказа они не имели права. В блиндаж спустился артиллерист Роман Семенюк.

Его донимала раненая рука и ожидание невесть чего.

– Лейтенант, надо послать людей в батальон и принимать решение. Фрицы опять скапливаются. Если не ударим первыми, нас сомнут.

Это понимали и остальные.

Краев вызвал сержанта Веселкова. Тот, как обычно, выглядел бодрым, даже улыбался:

– Чего веселишься? – пробурчал Семенюк. – Или водкой разжился?

– Водки нет, а счет за эти дни я на шесть фрицев увеличил. Может, больше.

– Шесть, восемь, какая разница!

– Егор, – не обращая внимания на бурчание артиллериста, сказал Краев, – бери с собой старшину, и постарайтесь добраться до батальона. Расскажешь ситуацию, передай, что лейтенант Краев решил прорываться из окружения. Штук десять противотанковых гранат захватите на обратном пути."

"– Я с ними пойду, – вскинулся артиллерист Семенюк.

– Куда тебе с одной рукой!

– У меня «наган» есть, а сидеть здесь дальше я не собираюсь. Рука опухла, ждать, пока отвалится?

Трое бойцов двинулись в ту сторону, где, по их мнению, находится штаб батальона. Семенюк не отставал и отчаянно матерился. На нейтральной полосе их обстреляли, но все трое успели нырнуть в заросли мелкого сосняка.

Переводя дыхание, сидели на снегу. Роман Семенюк, сунув воспаленную руку в снег, кряхтел:

– Где этот штаб? Может, смылись давно.

Старшина Снитко, не слишком привыкший к боевым делам, беспокойно озирался.

– Может, и правда нет их поблизости. А немцы везде. Прихлопнут и, как зовут, не спросят.

Неподалеку доносилась стрельба, приглушенно трещали пулеметные очереди.

– Воюет батальон, – сказал Егор Веселков. – С километр отсюда.

– Пока этот километр одолеем, – начал было старшина, но Егор перебил его:

– Тише. Кто-то идет.

Через несколько минут увидели немецкий пулеметный расчет. Трое в длинных серо-зеленых шинелях тащили пулемет «дрейзе», диски, еще какие-то боеприпасы.

– Обкладывают роту со всех сторон, – прошептал старшина. – Установят свой «машингевер» и обратную дорогу перекроют.