Разве мог покушавшийся на жизнь шейха человек заранее знать, где именно будет находиться его жертва? И потом, разве можно было так целенаправленно спустить фургон с холма? Просто тормоза подвели, вот и покатился вниз… И был не более разборчив в выборе жертвы, чем землетрясение.

Приехавшая в нем молодая пара была вне себя от горя. Я слышал, как паренек жалобно твердил:

- Но я же оставил его на ручнике… Это я точно помню. Я всегда так делаю… О Господи, как только такое могло случиться, как могло? - Их допрашивал полицейский в униформе и делал это более чем пристрастно."

"Я побрел к своему фургончику, возле которого оставил ящик с шампанским. Ящик исчез. Исчезли также находившиеся внутри шестой и седьмой ящики. А еще - джин и виски, оставленные на переднем сиденье.

Омерзительно, подумал я и весь передернулся. На арене кровавой бойни тут же возникают мародеры. Так уж повелось. Видимо, это заложено у человека издревле. Впрочем, какая разница… хотя я бы скорее роздал эти напитки бесплатно, чем видеть все это.

Флору отвели в дом и уложили, кто-то принес и вернул мне пиджак. Я заметил на рукавах кровь. Кровь также была на манжетах рубашки, на бледно-голубом свитере. Кровь, уже засохшая, на руках.

С холма, скрипя гусеницами, медленно спускался высокий кран. Выехал на лужайку и после ряда неуклюжих маневров занял позицию возле фургона; через какое-то время с помощью цепей тяжелая зеленая машина была приподнята на несколько дюймов, затем, после паузы, приподнялась еще выше и была опущена на заранее расчищенное место на лужайке.

Лошадь, все еще бешено бьющую копытами, вывели на настил, а потом один из конюшенных Джека увел ее прочь. Дверцы фургона заперли. Двое полицейских заступили на пост - отгонять от фургона любопытных.

Самое удручающее зрелище являла собой небольшая группа людей, замерших в напряженном ожидании возле ограждения, милосердно скрывавшего от их глаз место катастрофы. Они знали, должны были знать, что те, кого надеются увидеть, погибли, однако продолжали стоять с сосредоточенными лицами и сухими глазами, в которых, вопреки всему, светилась надежда. Пять тонн металла обрушились на плотную толпу, а они еще на что-то надеялись.

Вот один из них обернулся, увидел меня и нерешительно двинулся навстречу. Казалось, ноги ему не принадлежат и слушаются другого человека. Одет он был в джинсы и грязную футболку, из чего я сделал вывод, что вряд ли это один из гостей Джека. Нет скорее один из его конюшенных, большинство из которых по воскресеньям были выходные.

- Вы туда лазили, верно? - спросил он. - Ведь вы тот парень, что привозит выпивку, да? Кто-то сказал, вы там были… - он махнул рукой в сторону обломков. - Случайно не видели мою жену? Ее там не было? Или была?…

- Не знаю, - я покачал головой.