— Я еще и не ложился, — буркнул в ответ тот, обшаривая глазами стоянку. — Толя, а когда вчера вернули мою машину?

— Точно не помню, но сейчас посмотрю, — откликнулся охранник, ныряя в будку.

Через минуту он выскользнул обратно, держа в руках ящик, откуда извлек какую-то карточку с выбитыми на ней числами.

— У нас же строго, вы сами знаете, — начал он, — нам каждый раз велено регистрировать все машины. Вот у вас, Геннадий Петрович, к примеру, оплачено круглогодичное обслуживание, а хозяин все равно твердит, чтобы я все машины без различия регистрировал. Так что тут все записано. А вот и карточка вашей машины. Хотя я и так помню, машину-то с вечера не вы ставили. А ваша подруга. Так все равно время зафиксировано. Двадцать два часа сорок шесть минут. Ровнехонько в это самое время ваша подруга проехала через ворота на стоянку.

— Она была одна? — строго обратился к охраннику художник.

— Кто?

— Не притворяйся! Анька одна была?

— Конечно, — вздохнул охранник. — Поставила «Мерседес» и ушла. А я думал, к вам она пошла. Что, нет? Не дошла?

И на его лице отразилась искренняя тревога.

— Не волнуйся, все в порядке, — Геннадий Петрович махнул рукой и, не попрощавшись, пошел прочь.

Подруги побежали за ним следом.

— Может быть, все же помочь чем? — крикнул вслед охранник, но так и не дождавшись ответа, пожал плечами, поманил собаку и с ней вернулся в свою будку.

Подруги едва догнали быстро шагающего художника. Он скорбно воззрился на них и произнес неожиданно плачущим голосом:

— Как вы могли так меня растревожить? Смутили мой душевный покой! Заставили меня подозревать невинного ребенка! А она только час всего и пользовалась машиной. Доехала до своей школы, где у них проходил вечер, посвященный сорокалетию. Пофорсила перед одноклассниками тачкой. А потом вернула ее на место. Как мы и договаривались. Не могла она успеть за это время посадить за руль никакого мужчину.

— Что это за встреча такая, где одним часом все заканчивается? — с подозрением прищурилась Мариша.

— Она и не закончилась, но вы понимаете, там же выпить обязательно предложат, — пожал плечами художник. — Что же за встреча, если не выпить при этом? Ну, вот Аня и собиралась сказать, что пить она, не поставив свою дорогую машину на стоянку, не будет.

— И как же…

— Поэтому она собиралась отогнать машину на место, а потом вернуться на такси и спокойно продолжить вечер встречи с одноклассниками. Дело-то было уже сделано. Все видели, что она прикатила на дорогой машине. А что уж потом она с этой машиной собиралась делать — это никого не касается. Всего на час ей машина и нужна была. Говорю же, пофорсить захотелось.