Один из беспорядочных ударов ногой попал в лицо Шнырю и буквально выбросил его в коридор."

"В колонии включился сигнал тревоги, но Сергей ничего не слышал. Он бил и бил, не останавливаясь. «Да держите же его!» – кричала прибежавшая внутренняя охрана. Охране никак не удавалось остановить Сергея. Он с дикой яростью вырывался из рук и бил, бил до тех пор, пока не потерял сознание.

Голова у Сергея раскалывалась от боли. Сквозь сознание проникали обрывки слов. Что-то тяжелое давило на него. Он попытался открыть глаза – было очень больно, но попытка удалась.

– Оклемался, фраер! – над ним нависло улыбающееся лицо Махно.

– Где я? – облизывая засохшие губы, прохрипел Сергей.

– На пляже, в Сочи! Где еще? В санчасти!

– Ничего не помню.

– Еще бы! Быка бы так долбанули – сдох бы сразу.

Сергею трудно было держать открытыми глаза. Он закрыл их и погрузился в забытье. Проснулся Сергей на следующее утро, чувствуя себя гораздо лучше. Рядом с постелью опять сидели Арбат, Махно и «Барракуда». Как только он открыл глаза, все радостно зашумели, тиская его руки. Чувствуя сильную слабость, Сергей всё же попытался приподняться, чтобы сесть. Ребята поддержали его, уложили подушки к спинке кровати, затем осторожно опустили его. Сергей ослабевшей рукой дотянулся до своей головы и наткнулся на бинты. Голова была плотно забинтована. У него возникло непреодолимое желание снять бинты, чтобы избавиться от непрекращающейся боли.

– Больно? – заметив гримасы на лице Сергея, участливо спросил Арбат.

Сергей кивнул и тут же скривился от боли. Любое движение отзывалось резкими ударами в голове.

– Что случилось? – спросил Сергей у ребят.

– А ты что, ничего не помнишь?

– Помню, как встал, как драка началась. Помню, как по голове ударили.

– А что еще? – спросил Махно.

– Полный провал! Не прогоните, пацаны, что не помог. Вырубили. Чем драка закончилась? Ой, – Сергей, попытался пошевелиться. – Шнырю успели ввалить? Ничего выйду – отправлю надолго лечиться этого гада!

– Да он в соседней палате лежит! Нос в четырех местах сломан, восемь зубов выбито и так, мелочь – перелом руки и все такое.

– Так держать, братва. Молотки! – Сергей было радостно улыбнулся, но тут же снова ойкнул.

– Ты чё, Стрела? Кайфуешь над нами? Сам его отхреначил, а теперь на нас валит!

– Я? – удивился Сергей.

– А ты что, не помнишь? – спросил у него Арбат, – не помнишь как в спальне его бил, потом в коридор выбежал и начал его ногами гасить?

– Я? – еще больше удивился Сергей.

– Трое солдат тебя держат, Шнырь на полу лежит, а ты все бил его и бил, пока сам не вырубился.

– Ничего не помню, – откровенно признался Сергей, и тут ему на глаза попался здоровенный синяк под глазом Барракуды. – Досталось тебе по ходу, братишка?

Барракуда смущенно закашлялся.