Это клятва Касыма!

Барракуда собирался было побежать за ним, но Арбат его остановил.

– Нет времени!

Арбат дышал тяжело. Правая рука, начиная от плеча была в крови.

– Ты ранен? – с тревогой спросил Барракуда.

– Ерунда, – Арбат повернулся и показал на два трупа, которые лежали позади них. – Наши пацаны погибли. Земля им пухом. Слушай сюда, – Арбат прерывисто вздохнул, – я за Стрелой в больницу, а ты купи продуктов побольше и на отстойник. Обогревателей побольше. На дачах дубняк. Всё погнали.

Они разделились. Арбат сразу уехал, а Барракуда остался чтобы забрать раненных и убитых.

Ветрякову в очередной раз доложили о перестрелке возле ресторана «Дары Кавказа». Узнав о том, что выстрелов больше не слышно, он приказал оперативной группе выдвигаться.

Он одним из первых прибыл на место преступления. Ресторан напоминал эпизод из военных хроник. Весь фасад был изрешечён пулями. Ни одного целого стекла не осталось. Обломки рекламных щитов валялись вперемежку с осколками. Несколько автомобилей на стоянке сгорело дотла. Остальные получили повреждения различной степени. Но всё это ни шло, ни в какое сравнение с тем, что творилось внутри ресторана.

– Девятнадцать трупов и около тридцати раненных, – доложили Ветрякову.

– «Скорые» вызвали? – спросил Ветряков.

– Они уже едут!

Ветряков вышел на улицу и закурил. В Москве стало меньше мрази, – с откровенным наслаждением думал он, – если так пойдёт скоро от неё полностью избавимся.

В обстановке, когда едва ли не всё начальство прикрывало бандитов, он не видел другого выхода кроме как уничтожение этих самых бандитов. По большему счёту, его мало интересовал и сам Стрела, и его бригада. Но это единственное оружие, с которым он может сражаться. И он сделает всё, для того чтобы это оружие могло выстрелить в любую минуту.

Глава 42

МОСКВА

Махно с профессором Никольским вошли на дачу. Надя с Настей остались в машине. Махно вошёл первым и включил свет. Увидев комнату, в которой собирались поместить тяжелораненного Стрелу, профессор Никольский пришёл в ужас:"

"– Да вы с ума сошли, – закричал он, – здесь грязно, сыро и холодно. Малейшая инфекция и его сам Господь Бог не спасёт.

Здесь единственное место, где мы сможем его защитить. У нас нет выбора, – коротко ответил Махно.

– Сюда его переносить нельзя, – безапелляционно заявил профессор Никольский. Он указал на банки консервов, которые валялись под столом. – Надо всё вычистить сначала.

– Необходимо дезинфицировать комнату и установить обогреватели. А до тех пор подержим его в машине. Там есть всё необходимое. До утра продержимся.

– А чем я буду дезинфицировать? Где возьму?

– Где хочешь там и бери! – отрезал профессор Никольский.

Он повернулся и вышел. Махно не стал терять времени.