Попал взъёмом стопы в подбородок, и рухнувший на спину парень крепко долбанулся затылком о землю. Встать он не смог, мелькнула даже мысль, что перестарался и сломал ему шею.

Тут же подскочил Андрей, я отстранил его и попросил:

– Глянь, он живой вообще. – А сам отошёл в сторону и наклонился, не желая и дальше пачкать майку кровью. Из носа продолжало течь, но сломан он не был и даже не опух.

Рядом встал лысый дядька, покачал головой.

– Борец, да? Приходи, поставим ударную технику.

Я удивлённо повернулся, и он наставил палец на Андрея.

– Куда идти, у друга спросишь. И аккуратней с Графом, гнилой он какой-то стал."

"Дядька ушёл взглянуть на Мишу, который к моему немалому облегчению сумел встать с земли, пусть и покачивался словно пьяный. Я осторожно ощупал нос, высморкался, избавляясь от кровавых сгустков, и стянул испачканную майку. Выкидывать её не стал, просто свернул. На штанах красных пятен заметить не удалось.

Андрей отдал мои вещи и олимпийку. Пока я одевался, подвалил Граф, кивком указал на дядьку.

– Чего он хотел?

– Звал боксом заниматься. Только я не понял куда.

Граф хмыкнул и махнул рукой.

– Всё, расходимся!

Я оглянулся и пошёл следом, чувствуя, как постепенно отпускает адреналиновый шок и на смену ему приходит тягучая едкая ненависть. Единственное, чего сейчас по-настоящему хотелось – это съездить в заброшенный посёлок, достать из тайника дробовик и завалить Кислого к чертям собачьим. Просто подкараулить у подъезда и всадить заряд картечи в живот, а потом стоять и смотреть, как тот корчится в луже крови.

Рука бы точно не дрогнула, но… Вот грохну я этого урода, и кому лучше сделаю? Графу? А я хочу ему лучше делать? Нет, не хочу. Если начистоту, я его за компанию с Кислым грохну с превеликим удовольствием. Ну да ничего, земля круглая, ещё сочтёмся.

Когда выбрались за ограду училища, я предложил:

– Может, по пиву?

– Пацаны ждут, – засомневался Андрей. – Нехорошо получится.

– По бутылке. Дойдём до киоска, по дороге выпьем.

Фролов вопросительно глянул на Графа, тот протянул ему руку.

– Давайте, пацаны! Не пропадайте.

Мы попрощались и двинулись от посёлка к двухэтажкам. Тогда Рома оглянулся и негромко спросил:

– Дюша, это что вообще было?

– Без понятия, – развёл Андрей руками.

Мы купили в коммерческом киоске три бутылки «Жигулёвского», попросили открыть, но на ходу пить не стали, дошли до детского сада, перемахнули через ограду и расположились на веранде. Там я сделал длинный глоток пива и шумно перевёл дух.

– Дюша! – вновь дёрнул Фролова Рома. – Давай, колись! Что там было?

– Да Граф больше о каких-то киосках Кислому втирал. Вообще не понял, что к чему, но чего-то он вымутил.

– А чего тут непонятного? – скривился я. – Тебе по ушам проехались, будто Кислый опустился, ты его брату вломил.