— Цыц, курица! — опасно прищурившись, прошептал Вова. — Я понял, это не колбаса, это змея! Щас я ее того!"

"Отважный сантехник-водопроводчик, успевший обменять сценический реквизит на собственный специнструмент, выдернул из видавшего виды бесформенного портфеля здоровенный гаечный ключ, широко шагнул к ужасной разноцветной змее и стальными «рожками» ключа прижал голову рептилии к полу.

— Я видел, как работают змееловы в Каракумах, — похвастался Вова. — В таком положении змея ничего не может сделать.

— По-моему, змея и не хочет ничего делать, — сказал Серега, так и не тронувшийся с места. — Может, она тоже в обмороке? Вадька так орал, что тварь свободно могла окочуриться от страха!

— Или от разрыва барабанных перепонок, — подсказал из-за Серегиной спины Слава.

Немного пристыженные, мы с Вадиком выползли из укрытия и подошли к Вове, который с ребяческим интересом рассматривал свою добычу.

— Кто это? — спросил Вадик свежезамороженным голосом светской львицы, обнаружившей на своем приеме уличную девку.

— Пока могу сказать тебе только одно: это не польская полукопченая, совершенно точно, — ответила я, в обход скульптурной группы «Сантехник со змеей» пробираясь к телефону на столе. — Конкретнее надеюсь узнать у одного специалиста по разным гадам… Алло! Венька, ты сейчас где, у себя в зверинце? Отлично! От тебя до нашей конторы пять минут пешим ходом, пробегись, а? Только быстренько, мы не знаем, сдохла эта гадина или всего лишь в обморок упала!

— Гадина — это кто? — насторожился приятель.

— Надеюсь, это ты мне скажешь, кто! — ответила я. — Какая-то невообразимая змеюка, цветастая, как цыганская шаль!

— Ярко окрашенная?

— Ярко окрашенная — это слабо сказано! Да по сравнению с этой гадиной твой пропавший арлекиновый аспид просто бледная ливерная колбаса! — прокричала я.

— Я сейчас! — пообещал Веня, и в трубке тут же пошли гудки.

— Минуты через две прибежит, — сообщила я народу, ожидающему результатов моих переговоров с обещанным специалистом по гадам.

— Кстати, о колбасе, — сказал вдруг Вадик. — Хотелось бы знать, куда же подевалась полукопченая польская?

— Может, она ее съела? — предположил Вова.

Мужики критически осмотрели змею, прикинули на глазок ее длину и диаметр и пришли к выводу, что небольшое колечко колбаски в ней вполне могло поместиться.

— То колбасное кольцо, которое ты покупала, оно было небольшим? — обернулся ко мне Вадик.

Я молча кивнула.

— Возможно, колбаса внутри, — постановил Вадик.

— Может, разрежем? — предложил Вова. И ребром свободной от удержания гада левой руки рубанул воздух.

— Не… на… до… резать! — выдохнул от двери подоспевший Веня. — Уф-ф-ф… Как я бежал!

— Как олень, — польстила ему я.