Честно говоря, я ни на секунду не думала о женитьбе, была так сосредоточена на ребенке и Нике, что это застало меня врасплох. Мы были слишком молоды, чтобы брать на себя обязательства на всю жизнь, но мы также были слишком молоды, чтобы иметь ребенка, и слишком молоды, чтобы пережить опыт, которого нет у большинства людей нашего возраста.

Я была счастлива, Ник тоже, и только это было важно.

Через пару часов мы решили вернуться домой. Стив больше не сопровождал меня повсюду. После того, как все более или менее вернулось к норме, я дала понять Нику, что совсем не обязательно, чтобы я была под круглосуточным контролем. Стив был больше нужен Нику, у которого было полно забот с переговорами по работе и грядущим судебным процессом."

"Я боялась за него, Стив был лучшим в своей профессии, и, прямо скажем, бедолаге было до смерти скучно сопровождать меня в парк или покупать подгузники.

Наконец Ник согласился, и в ту же ночь они отправились в Сан-Франциско. Он сказал, что попытается вернуться ночью, но я знала, что его встречи занимают больше времени, чем обычно предполагается. Это должна была быть моя первая ночь в одиночестве после рождения Эндрю, и Ник нервничал.

Я не волновалась, я прекрасно умела обращаться с малышом и отклонила его предложение поехать с ним. Я не хотела садиться в самолет с месячным ребенком и менять его распорядок.

Ник перестал настаивать, как только я объяснила причины.

– Уверена, что не хочешь, чтобы я пошла с тобой? – спросила Дженна, когда я сказала, что мне нужно в аптеку. У Эндрю была сыпь от подгузников, и ему приходилось нелегко.

– Не волнуйся, – ответила я и обняла ее на прощание.

Дженна наклонилась, чтобы поцеловать Энди в голову.

– Одежда, которую я для него выбрала, самая лучшая, – сказала она, я закатила глаза.

В тот день на нем были белые шорты и маленькая футболка с надписью в центре.

МНЕ ПОТРЕБОВАЛОСЬ ВОСЕМЬ ЧАСОВ, ЧТОБЫ ПОЯВИТЬСЯ НА СВЕТ.

– Береги моего крестника! – крикнула она на прощание.

Я пошла в аптеку и купила крем. На обратном пути, толкая коляску по улице, по которой ходила практически каждый день, я почувствовала странное ощущение.

По спине пробежал холодок. Я повернула голову, чтобы посмотреть через плечо, но никого не увидела. Было непривычно, что рядом не было Стива, и я, наверное, забыла, каково это – ходить куда-то одной. Я продолжила путь, желая скорее вернуться домой, и забыла про это странное чувство.

Энди не переставал плакать с тех пор, как мы пришли. Его беспокоила сыпь, и любое прикосновение заставляло его истерически кричать. Он успокоился только тогда, когда я подняла его лицом вниз: его маленькая попка смотрела вверх, а маленькая головка лежала на моей руке.