— Если вы хотите официального разбирательства с нашим бывшим клиентом, Вадимом Досиным, то надо, чтоб Катерина Тихонова заявление в полицию написала…

Я представил, насколько серьезным испытанием для девушки станут въедливые расспросы о насилии, и покачал головой.

— Нет. Это будет слишком лeгким наказанием для него. Ты лучше… — я помедлил, щурясь на управляющего, — …сообщи о происшествии в полицию сам. В качестве повода. И не забудь подчеркнуть в конце, что Досин Вадим вполне может оказаться тем самым серийным преступником, который три года назад нападал на девушек в элитном посeлке «Остров». И добавь, что через час Досин выйдет из ресторанного комплекса «Дворец» в Центральном парке.

Олег Данилович заморгал, явно не понимая, зачем мне надо передавать в полицию все эти домыслы окольными путями, но лишних вопросов задавать не стал.

— Прямо сейчас звонить?

— Прямо сейчас. Потом выжди час и отправь нашего маньяка на все четыре стороны в парк… и без мобильного.

Эта идея о возмездии чужими руками проклюнулась спонтанно. Если я позвоню сам, это может вызвать подозрения. А звонок от Данилыча будет гораздо убедительнее для криминальных братьев Медведских, когда их полицейские сошки-стукачи сольют информацию. Три года назад какая-то мразь действительно поглумилась над их младшей сестрой, которая возвращалась с вечеринки в нетрезвом состоянии. Но насильника так и не нашли, и теперь они всегда отслеживали все подобные дела.

Так что мне достаточно всего лишь направить весточку в нужные уши, чтобы Вадим сотню раз пожалел о том, что родился на свет. И особенно о том, что полез к Кате.

Я кивком отпустил сотрудников и оглянулся в поисках девушки. Она стояла на том же месте, но уже не одна, а с одной из наших официанток в бело-голубой униформе. Вроде бы это ее подружка Людмила.

Я направился к ним, но обе были так увлечены разговором, что не заметили моего приближения.

— …да ладно тебе, — проникновенно убеждала Катя официантку. — Найдешь ещё свое счастье. Ты яркая, интересная, общительная…

— Но не девственница! — заявила та в ответ. — А этот факт мужики знаешь как ценят? У тебя же нет ни капли опыта! Да ещё и не целовалась ни разу… что вообще вне моего понимания. Вот серьезно. Эх, будь я такой наивной девочкой, как ты…

Девственница.

Это слово опалило все мои чувства жаром осознания и застряло в голове навязчивой мыслью. Конечно, до этого я и сам подозревал, что у моей Золушки нет особого опыта с мужчинами. Но подозревать — это не то же самое, что точно знать.

Особенно в свете новости о том, что еe губ не касался еще ни один мужчина. Не сминал их голодным напором… не проникал языком между ними…

— Катя, — небрежно проговорил я за спинами девушек, тщательно контролируя свой голос. — Отвлекись от подруги.