И, не прощаясь, бросил трубку.

…А сегодня в ее кабинет заглянула взволнованная секретарша. Плотно прикрыла за собой дверь, зашептала:

– Евгения Юрьевна… К вам тут из милиции…

И сердце – истерзанное теми, давними, переживаниями – снова оборвалось.

Позднякова побледнела. Пересохшими губами вымолвила:

– Зачем?..

– Сказал, по поводу няни Кривцовых.

– Какой? – вырвалось у Евгении Юрьевны.

Секретарша взглянула удивленно:

– Ну Насти, естественно! Ее же убили!

На душе слегка отлегло, но опера – подтянутого, мускулистого, обаятельного – Евгения Юрьевна все равно встретила напряженно. Вымученно улыбнулась. Пробормотала:

– Пожалуйста, проходите. Присаживайтесь. Чем могу служить?

Тот с удовольствием плюхнулся в мягкое гостевое кресло, окинул одобрительным взглядом интерьер кабинета – тщательно продуманный в своей дорогой небрежности. И вкрадчиво произнес:

– Евгения Юрьевна. Разговор у нас с вами будет долгим… и не очень простым… И, чтоб не тратить время – и драгоценное ваше, и не менее драгоценное мое, – давайте сразу договоримся: говорить вы будете правду, и ничего, кроме нее.

– Мне скрывать нечего, – пожала плечами Позднякова (изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал естественно). – Что вы хотите знать?

– Как вы познакомились с Анастасией Павлючковой?

– Как и с сотнями других претенденток на работу. Сначала она прислала запрос на сайт моего агентства в раздел для соискателей. Я отправила ей анкету. Ее биография и послужной список меня в целом устроили, и я пригласила Анастасию на собеседование.

– Можете вспомнить, когда это было?

– С точностью до дня – нет, – покачала головой Евгения Юрьевна. – Пять лет назад, по-моему… летом. В июле, кажется. Но я могу попросить секретаря, чтоб подняла архивы.

– Пока не надо, – отказался оперативник. – И что было дальше?

– Да все как всегда. Анастасия предъявила мне паспорт. Диплом об окончании вуза – Львовского педагогического, по-моему… Рекомендацию с предыдущего места работы – весьма позитивную…

– А почему она оттуда ушла?"

"– Как обычно: ребенок вырос, должен был пойти в школу, – улыбнулась Евгения Юрьевна. – И, кстати, в той семье Анастасию очень просили и дальше остаться с ними, только уже на полставки. Забирать мальчика после занятий, помогать уроки учить. Но ее такой график не устраивал – она хотела полную занятость. Да и зарплату, сказала, платят не очень, а просить, чтоб повысили, неудобно – там люди не особенно богатые были…

– У вас остались координаты ее предыдущих работодателей? – перебил оперативник.

– Да, наверно, – кивнула Позднякова. – Ксерокопия рекомендации в архиве есть точно, а телефон – наверно, даже в записной книжке. Я ведь сама им звонила, расспрашивала про Настю.