А та внимательно взглянула на него и вдруг произнесла:

– Макар Миронович, мне очень неприятно задавать вам этот вопрос… Но все-таки скажите… Маша Долинина… она не может быть… вашей дочерью?..

– Что?! – выдохнул он. – Ты с ума сошла?!"

"– Пожалуйста, не кричите, – тихо, но твердо произнесла Позднякова. – Я действую исключительно в ваших интересах. Вы поручили мне проверить Долинину – я это сделала. И выяснила: что ее, еще младенцем, удочерили. Девушке двадцать пять лет, вам – за пятьдесят, вот я и предположила…

– У тебя, конечно, и доказательства имеются?.. Документы об удочерении, свидетельства очевидцев? – усмехнулся Кривцов.

– Нет, – понурилась Евгения Юрьевна. – Официальные документы, конечно, можно по запросу из милиции получить… но я ж ни в чем не уверена. Я только подумала…

– Нет, милая, – усмехнулся Макар Миронович. И твердо добавил: – Ты ошиблась. Будь добра, больше меня подобными глупостями не беспокой.

…Выставил Позднякову и глубоко задумался.

Потому что девочка (примерно Машина ровесница!) на самом деле в его жизни существовала. И Кривцов пытался следить за ее судьбой. Однако очень давно ему сообщили официальным письмом, на бланке с печатью, что ребенок умер. Это случилось в детской больнице, когда младенцу было всего четыре месяца от роду. И даже диагноз указали: грипп, осложнившийся пневмонией…

«Слава богу, избавились», – богохульно подумал тогда Макар Миронович.

И с облегчением выкинул эпизод из головы.

Тот ребенок был никому не нужен, и Всевышний его забрал, все справедливо.

Однако свидетельства о смерти Кривцов не видел – только письмо из детской больницы номер один города Сочи. И всегда считал, что этого достаточно, чтобы ни о чем больше не беспокоиться.

Но теперь, когда в его жизни возникла эта Долинина… Подходящая по возрасту… Умная и хитрая, словно дьявол… И, пожалуй, даже похожая внешне…

Поневоле задумаешься – вдруг его ввели в заблуждение? И тот младенец остался жив?!

Срочно, срочно нужно все проверить!

…А Евгения Юрьевна, едва вышла из офиса Макара Мироновича, сразу же схватилась за телефон.

Супруга Кривцова ответила ей сразу.

– Елена Анатольевна, – твердо произнесла Позднякова. – Нам с вами нужно встретиться. Немедленно.

* * *Двенадцать лет назад

До дня рождения оставалась целая неделя, а Маша уже вся извелась. Ей дико, мучительно хотелось получить в подарок новую куртку. Всех девчонок в классе, кроме Милки, дочки дворничихи, родители давно уже снабдили симпатичными пуховичками. А она до сих пор ходит в клетчатом пальтишке из «Детского мира»! Мало того, что оно уродливое и старое, так еще и длиною ниже колена – выглядишь, словно гимназистка.